Если шемаханы уже давно обосновались на чертовой мельнице и оттуда потихоньку гадят Руси, то… То кто шемаханы? Бесы, которых он только что за глотку взял? Какие они шемаханы! Обкуренные Ваньки они, а не шемаханы… Хотя под чурок паразиты косили очень старательно…
Царский сплетник рывком поднялся с постели, вытащил из-под кровати свою сумку, прибывшую с ним в Великореченск из Рамодановска, и начал в ней копошиться. На этот раз он решил идти на дело во всеоружии со всеми своими шпионскими прибамбасами. Затолкав в карманы парочку подслушивающих устройств, Виталик вооружился парой заряженных пистолетов, взял в руки японскую видеокамеру, задумался.
Тащить ее по городу в руках как-то несподручно. Любопытные горожане проходу не дадут. Недолго думая Виталик вытряхнул образцы духов, пробники и прочую дребедень его рекламного коллажа прямо на пол, затолкал все под кровать, сунул камеру в сумку, перекинул ее через плечо и начал на цыпочках спускаться в гридницу, стараясь, чтоб ни одна половица не скрипнула под ногами.
Ему очень не хотелось тревожить намаявшуюся за день Янку, и это удалось. Царский сплетник покинул подворье никем не замеченный. На улице к тому времени уже окончательно рассвело, и на плетни соседских подворий взлетали петухи, готовясь начать утреннюю побудку Великореченска."
"Юноша быстрым шагом направился к воротам, отделявшим Верхний град от Среднего. Сонный охранник, увидев сплетника, поспешил распахнуть перед ним встроенные в ворота двери. Виталик, проходя мимо, приветственно махнул ему рукой.
Оказавшись в Среднем граде, он двинулся в сторону посольской слободы, обдумывая на ходу детали спонтанно родившейся операции.
— Сынок…
— А? — встрепенулся юноша.
Царский сплетник так задумался, что не заметил, как отмахал по Среднему граду два квартала. Около высокого забора чьего-то подворья стояла согбенная старушка, опираясь на корявую клюку.
— Помоги, сынок.
— Нет проблем. Чем помочь тебе, бабушка?
— Да не мне. Киска вон на заборе сидит. Всю ночь мяукала. Есть, наверное, хочет, а я, старая, ее оттуда снять не могу.
Виталик поднял голову. На заборе действительно сидел пушистый дымчато-серый кот, глядя сердитыми глазами на царского сплетника. Юноша добродушно улыбнулся, сдернул кота с забора (при его росте только руку протянуть) и передал его старушке.
— Вот спасибо, сынок! Удружил. Позволь, я тебя за это отблагодарю.
— Бабуля, — рассмеялся Виталик, — я за такую ерунду мзду не беру.
— Мзду не бери, а вот благодарность прими.
