Его Янка просто так без боя не сдастся, а любая приличная драка — это погром. Погромом в светелке Янки не пахло. Вокруг царил полный порядок. Внимание царского сплетника привлек массивный том в серебряном окладе, лежащий на ажурной подставке металлического треножника, установленного в самом центре спальни Янки Вдовицы. Странные знаки, отдаленно напоминающие то ли буквы каббалы, то ли иероглифы, серебрились в лунном свете, падающем из окна со страниц раскрытой книги, маня юношу к себе.
— Ага, ведьмачила, пока меня дома нет, — сообразил сплетник, приближаясь к книге, но стоило ему только протянуть к ней руку, как она захлопнулась сама собой, затянулась на кожаные ремешки, а с обложки на юношу глянул свирепый медведь, в лапах которого оказались кончики этих самых ремешков.
— Не будь врединой, дай почитать.
Клацнули зубы. Сплетник едва успел отдернуть руку.
— Вредина!
Подозрительный шорох внизу заставил юношу насторожиться. Стараясь не дышать, сплетник на цыпочках покинул спальню Янки и перегнулся через перила лестницы, пытаясь рассмотреть, что там творится внизу.
Хотя света за окном луна давала мало, его оказалось больше чем достаточно, чтобы различить Жучка, протискивающегося в гридницу из сеней с огромным мешком на плечах. Оказавшись в гриднице, оборотень воровато поозирался по сторонам, прислушался, настороженно поводя ушами.
— Никого… — облегченно выдохнул Жучок.
И тут, как назло, под ногой Виталика предательски скрипнула половица. Оборотень от неожиданности аж подпрыгнул вместе со своим мешком, внутри которого что-то глухо звякнуло.
— Тьфу! Ну вот чего пугаешь? — сердито пробурчал оборотень, увидев, что по лестнице спускается не Янка. — С ума сойдешь от этих постояльцев! Ты чего в спальне нашей хозяйки забыл? — начал наезжать он на царского сплетника, старательно пряча за спину мешок, сооруженный из цветастого пестрого ковра.
— Про то я перед самой хозяйкой отчитаюсь, — успокоил его Виталик. — А ну колись, лохматый, что там у тебя?
— А-а-а… это… ужин! — начал выворачиваться Жучок.
— Ужин?
— Ужин. Я ведь не то, что некоторые! О своих ближних забочусь! Вот, думаю, приду сейчас домой, а там наш постоялец сидит. Один. Голодный, холодный, и никто его не напоит, не накормит… — вдохновенно врал оборотень.
— Кончай мне тут заливать, — оборвал его Виталик, — где Янка?
— А я откуда знаю? Ты же меня за Никвасом услал.
— Черт! А ведь здесь еще и тролли оставались, — спохватился юноша.
