На столике перед ним уже стоял кубок другого вина, и, судя по исходящим от него ароматам, оно было не хуже предыдущего напитка.
— Вах! Ти святой человек! — уважительно сказал Арслан. — Такой деньга русский дервиш нэ пажалэл! Аллах тэбя нэ забудэт.
От его слов царскому сплетнику стало еще хуже. «Может, остановить операцию? — заметалась в его голове паническая мысль. — Ну подумаешь, шемаханы. Обычные азербайджанцы. Да я же в спецназе с такими служил. Один Джавад чего стоил! Да если бы он меня тогда на своем горбу не вытащил, все, хана!»
О том, что Джавад, обрусевший азербайджанец, чья семья еще в совковые времена обосновалась в Рамодановске, вытащил его, контуженного, из-под кинжального обстрела боевиков, Виталик узнал уже в госпитале, когда очнулся.
Ирония судьбы. Он тогда отделался хотя и приличным, но все же вульгарным сотрясением мозга, а израненного, потерявшего уйму крови Джавада спасти не смогли. Не успели."
"Пока царский сплетник терзался сомнениями, со стороны мясных рядов вышли еще два амбала.
Эти товарищи выглядели гораздо представительней пирата, отправившегося следить за ассасином, так как на них были кафтаны из дорогого сукна, не менее богатые портки, заправленные в яловые сапоги, и оба, разумеется, были из команды царского сплетника. Виталик хотел было уже дать им знать, чтобы они убирались восвояси, но татуировка на его груди внезапно нагрелась, и царский сплетник оцепенел. Парень попытался дернуться, но не смог пошевелить даже пальцем.
«Да понял я тебя, Парашка, понял!» — мысленно взвыл он, и индусская богиня ослабила хватку.
Амбалы вплотную подошли к палатке Арслана. Строго соблюдая конспирацию, они даже не глянули в сторону царского сплетника.
— Кому платим? — спросил один из них. — Кощею, Дону, царскому сплетнику?
Арслан непонимающе похлопал глазами, взял в руки шампур с нанизанным на него шашлыком.
— Мало платим. Адын шампур копэйка, хароший цена.
— Та-а-ак… нормального базара не понимаем.
Папаха с Арслана отлетела в сторону, а лицо его с размаху впечаталось в прилавок.
— Значит, так, чурка, — угрожающе сказал второй амбал, возя носом шемахана по столешнице прилавка. Виталика при этих словах всего передернуло, но он заставил себя сдержаться. — Здесь мазу держит царский сплетник, ему платить будешь.
— Вай ме! За что? — Ошалевший от неожиданного наскока Арслан даже не пытался сопротивляться.
— За охрану от людей нехороших всяких, — пояснил первый амбал.
