Васька уже на восьмом ходу, чуя, что проигрывает, начал мухлевать по-черному. С доски непостижимым образом стали исчезать фигуры противника.
— Здесь только что стоял мой конь! — возмутился юноша.
— Чем докажешь?
— Ах так…
Разозлившись, Виталий решил бить наглого котяру его же оружием и на пятнадцатом ходу умудрился незаметно спереть его ферзя.
— Здесь только что стоял мой ферзь! — пришла очередь возмущаться Ваське.
— Чем докажешь? — радостно спросил царский сплетник.
Партия закончилась вничью, после того как они одновременно свистнули друг у друга королей.
— Дурацкая игра, — вздохнул кот.
— Дурацкая, — кивнул Виталий, — Слушай, а где моя одежда?
— Тебе зачем?
— Ничего себе вопросик. Удобства посетить надо. Я что, до нужника нагишом побегу?
— А чё? Там все равно портки сымать надо.
— А полбу?
— А по глазкам коготками?
Одежду ему кот все-таки принес. Она была выстирана, аккуратно выглажена и смотрелась как новенькая, словно и не побывала в куче баталий, через которые прошел юноша.
— Удобства у вас, надо полагать, через дорогу? — спросил Виталий.
— Не, во дворе. Пойдем, покажу."
"Юноша в сопровождении кота спустился на первый этаж, прошел по коридору и оказался в просторном помещении, с тремя дверьми. Одна дверь вела непосредственно в дом, вторая выходила на улицу, а третья во двор.
— Ничего себе сени! — почесал затылок Виталий. — Да тут в футбол играть можно. Надо же какое нерациональное использование площади.
— Очень даже рациональное, — усмехнулся Васька, — Мы здесь с Жучкой играемся.
Ну чего в дверях застыл? Беги, коль приспичило. Там за сараем найдешь свои удобства.
— Деревянный домик с дырочкой в центре?
— Ага. Типа того. Рукомойник тоже во дворе. Двигай.
Посещение удобств привело Виталий в благодушное настроение. Голова уже не кружилась, слабость покинула тело, что говорило о том, что юноша быстро набирает форму. Виталий вдохнул полной грудью.
— Воздух-то какой чистый! Прям как в деревне.
В дом идти не хотелось.
Царский сплетник сел на лавочку около сеней. Хорошо. Юноша прислушался к гавканью собак и приглушенному гомону голосов за высоким дощатым забором. Где-то истошно заорал голосистый петух. Великореченск жил своей спокойной, размеренной жизнью. Хоть и столица, как говорит Васька, но столичной суеты гигантского мегаполиса здесь не ощущалось. Это спокойствие внезапно нарушил подозрительный шум со стороны улицы. И шум этот быстро приближался к дому Янки Вдовицы.
