— Федот, — поднялся с пола Буйский, — ежели ты его сейчас не заарестуешь, сам на плаху пойдешь! По закону, в отсутствие царя-батюшки, пока царевич в возраст не войдет, от его имени глава боярской думы правит!
— Тут он прав, боярин, — тяжко вздохнул Федот. — Ты уж не обижайся, но я тебя в тюрьму сопроводить должон до разбора и суда праведного.
— Да что случилось-то? — выпучил глаза Виталий.
— Гордон пропал, — радостно загомонили бояре.
— А ты последний, с кем его видели!
— Ну и что? — пожал плечами юноша. — И потом, почему вы за царя должны править? А царица на что? Или Василиса Прекрасная тоже пропала?
— Дело царицы наследников воспитывать, за царевичем Никитой да царевной Аленой приглядывать, — ответил кто-то из бояр.
— По законам нашим, женщина на престол взойти не могет!
— А не зря он о царице-матушке вспомнил!
— Точно! Он ее околдовал! То-то она за него горой!
— Тоже мне, спаситель отечества! С Доном, с Кощеем и прочей нечистью в обнимку по Великореченску рассекает!
— Он небось нехристей обкуренных из тюрьмы и выпустил.
— Ассасины сбежали? — напрягся Виталик. Это ему уже не понравилось.
— Смотрите, бояре! Вид делает, что не знает! А сам с подельниками-то царя-батюшку небось и похитил.
— Хватит! — рявкнул Буйский. — Вяжи супостата, Федот! А сопротивляться будет, из всех пищалей по нем пали.
Сотник в явной растерянности посмотрел на царского сплетника, и вид у него был такой виноватый, что Виталику его стало жалко.
— Не дергайтесь, — протяжно зевнул юноша, — не буду я сопротивляться, сам пойду.
— Да ты с ума сошел! — простонала Янка. — На суд, что ль, праведный рассчитываешь?"
"— Не, отоспаться в спокойной обстановке рассчитываю, — честно признался Виталий, выдергивая из перевязи пистолеты и кидая их на кровать. — Но если кто посмеет меня хоть пальцем тронуть, — пригрозил он боярам и стрельцам, — голову оторву.
Юноша поднял с пола шубейку с царского плеча, тряхнул ее, сунул под мышку.
— Будет чем накрыться. Ты, Федот, в камеру меня веди, где соломка помягче, и передай всем, чтоб до завтрашнего утра не тревожили.
Разбудят раньше времени — прибью.
— Сделаю, боярин, — поклонился ему в пояс Федот.
— Ну, тогда пошли.
Бояре шарахнулись в разные стороны, давая дорогу царскому сплетнику, воистину царственной, хотя и не совсем твердой походкой шествовавшему отсыпаться в тюрьму…
5
До тюрьмы царского сплетника везли с шиком, в его собственной карете, украшенной разбитой на две части надписью «АВТОРИТЕТ».
