Нащупала нужный камень, надавила его, и в тот же момент с громким скрежетом, поднимая кучу пыли, каменная панель отъехала в сторону.
Вейлор снова уперся.
— Не нравится мне это. Ищи другой путь!
— Хотите вернуться в клетку? Пожалуйста, — она махнула в обратном направлении, — идите. И ждите. Может, я что-нибудь еще придумаю, а может, кто-нибудь другой когда-нибудь решится вам помочь.
— Как ты смеешь говорить с королем в таком тоне?!
— Тихо! — она вскинула руку, прислушиваясь. А потом торопливо зашептала, — скорее! Они идут!
— Но…
— Быстрее! — она буквально затолкала его внутрь и, не дав опомнится, потянула дальше, — они преследуют нас.
Надо уходить.
Никто их не преследовал, но под ее напором Вейлор перепугался до смерти и бросился бежать, в надежде спасти свою шкуру.
— Сюда! — Мелена указала на черную металлическую дверь и, ухватившись за ручку, повисла на ней всем весом.
Вейлор все это время трясся у нее за спиной и торопил:
— Ну скорее же, клуша! Хочешь, чтобы меня поймали?
Когда с надрывным скрипом дверь сдвинулась с места, он первым ринулся внутрь.
Мелена зашла следом.
— Ну и где твои катакомбы? — возмутился он, широким жестом обводя помещение. Это был пустой, низкий каменный мешок размером пять на пять. — Только не говори, что ты настолько тупа, что заблудилась и не знаешь, куда дальше?
— Никуда, — Мелена закрыла дверь, — мы пришли.
— Предлагаешь отсиживаться здесь? Ждать, будто я какой-то слабак?
— Ты же сидел в клетке, — хмыкнула Мел, — гадил под себя, жрал то, что дадут.
Так чем же не устраивает это место? Оно не ничуть не хуже.
Вейлор опешил на долю секунды, а потом зарычал:
— Как ты разговариваешь с королем, мерзавка? Забыла, кто я? Так сейчас мигом вспомнишь.
И возомнив себя великим воином, сверженный правитель ринулся на нее. Увы, он забыл о том, что перед ним не томная девица, которую можно тисках на коленях и нагло хлопать по заднице, и не забитая слабая сирота, покорно сносящая все нападки.
Мелена перехватила его руку, легко уклоняясь от бестолковой опеухи, и ударила в солнечное сплетение.
Драный тулуп немного погасил силу удара, но король все равно сложился в три погибели, и обхватив себя за живот повалился на пол."
"— Ты…ты… — хватал воздух ртом, — я велю привязать тебя к позорному столбу и высечь. Пятьдесят плетей. Нет. Сто! Я сам это сделаю.
— Ну-ну, — она присела рядом, брезгливо рассматривая раскрасневшееся одутловатое лицо, — разве что в другой жизни.
