– Я все понимаю, но выбрать это! – Она так презрительно протянула слово «это», что я почувствовала себя раздавленным тараканом, на которого смотрят и брезгуют даже веником смести.
– Арита, но ведь это же хорошо. Сами подумайте, сколько шансов?.. – Мужчина смерил меня задумчивым взглядом.
– Ах, ну да. Я все время забываю правила. Такое не жалко. Ты прав. – Она просветлела и даже чуть улыбнулась. Точнее, уголки ее губ дрогнули и приподнялись, а глаза по-прежнему были ледяные.
Я стояла, не говоря ни слова, потому что совершенно не понимала ситуацию.
Стоит ли мне хоть что-то сказать или лучше промолчать? Благоразумие вопило об опасности и умоляло не рыпаться, а молчать, только молчать. Посмотрят и уйдут. Хотя спросите меня, чем может быть опасна эта красивая холеная брюнетка, я бы не смогла ответить. Просто чувствовала, что ничего хорошего от нее ждать не стоит. Раздавит и пройдет мимо, даже не заметив.
Так и произошло – они еще раз меня оглядели, затем красавица сказала своему спутнику какое-то короткое слово, которое я не смогла разобрать, и они ушли.
Еще какое-то время я стояла, глядя в никуда, и пыталась принять действительность, в которой меня назвали «это» и заявили, что «такое не жалко». Подобное не просто оскорбительно, а унизительно до такой степени, что хотелось лечь и умереть. Тогда же некстати вспомнилось, что нечто похожее прозвучало и из уст парней, которые вручили мне кольцо. Что они там сказали? «Как-то не особо. А впрочем, не жалко». Теперь я поняла, что имелось в виду. Не жалко меня, потому что я – «оно», «это».
Именно тогда я закончила свою нежную взаимную любовь с фаст-фудом и сладким. Устроив прощальный обед в «Макдоналдсе», я безумно объелась бургеров, картошки фри и обпилась молочного коктейля, планируя на всю жизнь отбить себе охоту. И это удалось. Я переела до такой степени, что потом мне стало плохо и я мучительно прощалась со всем съеденным за углом, в первую попавшуюся урну, а подруга крутила пальцем у виска и говорила, что я совершенно ненормальная. Но ведь не объяснишь же ей, что я не хочу, чтобы на меня показывали пальцем и говорили «это», а перестать есть всякую неполезную еду не хватает силы воли.
А так… Ну что ж, у каждого свои методы. «Макдоналдс» такого коварства не простил. Он больше никогда не заманивал меня в свое теплое ароматное нутро и не соблазнял вкусной, но ужасно неполезной для фигуры едой, а я и рада. Так же радикально и неэтично я поступила с тортиками, пирожными, конфетами и прочими вкусными вещами.
