Оглядев мое изящное колье, Адриэн долго мучил продавца, подыскивая мне сережки. И в итоге нужные все-таки нашлись. С такими же прозрачными сероватыми камушками, идеально подходящие к колье. Из золота, очень красивые: один камушек круглой формы прилегал к мочке, а второй в виде капельки свисал вниз. Благодарность за них была принята в виде поцелуя, и я совсем не возражала.
А камушек называется, как оказалось, алетанит. И если камни его крупные, вот как в моем кинжале, и еще подверглись магической обработке, то они втягивают в себя атакующие заклинания, направленные на его владельца.
А небольшие, как в колье и сережках, просто оберегают, очищают разум и не дают посторонним копаться в мозгах их владельца. Именно поэтому у наместника серьги тоже с алетанитом, только у него они еще и магически зачарованы.
Ненадолго вырвал меня из этой идиллии Хилар, решивший узнать, как прошло зачисление в школу.
«Меня приняли, и место в общежитии дали!» – Я радостно рассмеялась.
Мысленно, разумеется.
«Так это же замечательно, Цветочек!»
«Да, Хиларчик. Благодаря тебе и тому, что я теперь принадлежу к вашему клану, меня отпускают на Землю, мне декан даже выписал билеты туда и обратно. А стоимость потом вычтут из стипендии».
«Вообще отличная новость. А ты чего это такая благостная? Что произошло за это время, о чем я еще не знаю?»
«Хила-а-а-р, а я все-таки влюбилась. И, кажется, он тоже. – Я взглянула из-под ресниц на Адриэна.
Он тихо разговаривал с хозяином ювелирного магазина. – А сейчас мы выбрали подарок в честь поступления – серьги, которые подходят к тому колье, что ты мне подарил».
«О небо, ты влюбилась! Наконец-то! Я уж начал опасаться, что твой красавчик так и не сумеет растопить лед в твоем сердце!» – Хилар хохотнул.
«Хилар, я так счастлива! – хихикнула я. – Чувствую себя полной дурочкой, но ничего не могу с собой поделать».
«Так, ты голову-то не теряй. Помни, что я сказал!» – Его голос построжел.
«Да помню я, помню».
«Вот и отлично. Ну развлекайтесь, завтра утром вас заберу. Где вы остановились?»
«В трактире «Три звезды Аурингона».
«Понял. До завтра, дорогая».
А потом снова были прогулки, поцелуи до головокружения, поздний обед в какой-то таверне, за столиками на улице под навесной крышей, увитой диким виноградом. И невозможно счастливые синие глаза напротив, и я сама, поглупевшая от счастья.
