Каждое его действие наполнено смыслом, идеей и обязательно должно к чему-либо привести. И это… это я в нем люблю.
— Ты невероятная, Оливия, — хрипло произносит Остин, и мой пульс взлетает до небес, словно самый быстрый гиперзвуковой самолет.
Я наклоняюсь и касаюсь его губ. Никогда не пробовала ничего вкуснее, чем его губы. Карамельное мороженое с орехом пекан, сочные бургеры с мраморной говядиной и соусом блю-чиз, мои такие любимые миндальные круассаны… все это не сравнится со вкусом Остина. Он углубляет поцелуй, зарываясь ладонями в моих волосах, и я не могу оторваться от него.
Тону в этом ощущении его близости. Чувствую его каждой клеточкой кожи. Загораюсь. Пылаю. Сгораю.
— Кхм. Кхм. Мистер Стоун, — раздается где-то над нами голос. — Прошу прощения, что я не вовремя, но вы оставили это.
Мы отрываемся друг от друга и устремляем свои взгляды на взрослого мужчину, который протягивает Остину что-то. Не могу разглядеть что именно, учитывая, что солнце полностью загораживает мне вид, смутно показывая лишь силуэты.
— Благодарю, сэр, — произносит Стоун, поднимаясь с травы, чтобы взять протянутую вещь, а затем подает руку мне и улыбается: — Вставай, Мышонок. Ты так вскружила мне голову, что я позабыл о том, что тебе были вручены еще не все подарки.
Вскидываю бровь от изумления. Я не привыкла к такому вниманию, большому количеству подарков. Я имею в виду себя настоящую, забудем ту Лив из Темплманского, которая гналась за тем, что диктовало ей общество. Подарите настоящей мне книгу.
И поверьте, вы осчастливите меня. Вы подарите мне не просто книгу, вы откроете мне целый новый мир, в который я с превеликим удовольствием погружусь с головой. Можете дарить мне книги на все праздники, которые только ждут меня впереди. Про книгу никогда нельзя сказать, что она лишняя. Это просто невозможно! Особенно хорошая книга. Такая, которую захочется перечитать до дыр. Метафорически, конечно. Я к книге отношусь, как к чему-то самому ценному в жизни, так что никогда не доведу ее до состояния дыр.
.
— Открой, — говорит Остин, прерывая поток моих мыслей, когда я беру из его рук подарок.
Аккуратно раскрываю подарочную упаковку, и мое сердце начинает скакать галопом, как тот белый конь, на котором еще час назад мы неслись по окрестностям.
— Как… ты… я..
Судорожно выдыхаю и набрасываюсь ему на шею. Он крепко обнимает меня и кружит в воздухе. И смеется. Так звонко, что его смех проносится по всему моему телу, вызывая приятную дрожь.
