Он тут, кстати, присутствует, вон там сидит… Это обвиняемый, Роберт Соломон.
Прайор сделал небольшую паузу, повернулся, чтобы глянуть на Бобби, убедился, что присяжные проследили направление его взгляда, а затем вернулся к прямому допросу:
– Детектив, сейчас я выведу на экран одну фотографию. Это верхний план спальни с лежащими на кровати Ариэллой Блум и Карлом Тозером, сделанный профессиональным фотографом-криминалистом, и, насколько я понимаю, не последует возражений, чтобы мы приобщили это фото к делу в качестве вещественного доказательства номер один.
Я просто хотел бы предупредить присяжных и присутствующих на процессе граждан, что изображение довольно натуралистичное, – сказал Прайор.
Я уже согласился с тем, что без вызова фотографа вполне можно и обойтись. Фото не лгут, так что не было смысла зря тратить время, вызывая его в качестве свидетеля, чтобы просто подтвердить подлинность снимков.
Пока Прайор искал изображение в компьютере, я не смотрел на большой экран у него над головой. Все мое внимание было приковано к Бобби.
Закрыв глаза, он чуть ли не уткнулся головой в стол. О том, что фото открылось, подсказали мне сдавленные ахи и охи из публики. Я услышал, как Гарри призывает к тишине.
Мобильники с камерами в суде под запретом, так что я был уверен, что в новости этот снимок не попадет. Да он и вправду оказался чересчур уж натуралистичным.
Бобби бросил взгляд на экран, всего лишь раз, и тут же закрыл лицо руками.
Арнольд повел плечами, мотнул головой на Бобби, а потом на присяжных.
Я понял, что он пытается мне сказать. Мне пришла в голову та же мысль. Бобби придется нелегко, но это в его интересах.
– Бобби, мне нужно, чтобы вы посмотрели на экран, – шепнул я.
– Не могу! Да мне и не нужно. У меня эта картина и без того в голове, и я никак не могу ее оттуда выбросить, – отозвался он.
– Я понимаю, что это тяжело. Вот потому-то вам и надо это сделать. Понимаю, что вам не хочется смотреть на то, что кто-то сотворил с вашей женой. Мне нужно, чтобы присяжные увидели это в ваших глазах, – сказал я.
Он помотал головой.
– Бобби, Эдди дает вам выбор, – вмешался Арнольд. – Либо следующие тридцать пять лет каждую ночь смотреть в потолок тюремной камеры, либо глянуть на это фото. Ну давайте же!
Никогда бы не подумал, что такая мысль вообще придет мне в голову, но я был рад, что Арнольд сейчас со мной.
Бобби шмыгнул носом, сделал глубокий вдох и сделал, что велено.
Не знаю, увидели ли это присяжные, но лично я – да.
