Вторая машина, которая ехала позади нас, — единственная невредимая — криво стоит на обочине.
Черная иномарка, вся в дырах от пуль, застыла неподалеку от машины охраны. Вокруг нее ходят телохранители Стаса. Обе двери машины открыты, там лежат два тела…
— Не смотри, — Стас укрывает меня своим пальто и решительно разворачивает.
Я утыкаюсь носом ему в грудь и, истерично всхлипывая, по-детски зажмуриваю глаза.
— Босс, нашим передали, будут с минуты на минуту. Марат тоже едет, — отчитывается охранник, который был в машине с нами.
— В тачке два трупа, кроме пушек ничего. Ни документов, ни телефонов. У Сан Саныча, кажись, башка пробита, а Юрец в норме, пуля насквозь руку прошила.
— Давай обоих в больничку, я позвоню, предупрежу, — Стас еще крепче прижимает меня к себе.
— Босс, пугали нас, — хмурится парень. — В тачке смертники, и ежу понятно.
— Ясен хер, куда эти двое против нас? — в голосе Стаса тонны стали. — Тачку уберите с дороги и ждите Марата. Если менты приедут — оформляйте все по протоколу.
Нас тут не было.
— Так точно, Босс, — отвечает парень.
Стас подхватывает меня на руки, потому что я уже просто скатываюсь вниз, к его ногам. Он несет меня в машину, которая не пострадала. Водитель срывается с места и увозит нас прочь.
Глава 36. Ты просил верить
Алена
В машине меня моментально вырубает. Видимо, организм так борется со стрессом — отправляя вон из реальности.
Прихожу в себя, когда понимаю, что я на руках у Стаса.
— Куда ты меня несешь? — спрашиваю хрипло.
— В спальню.
— В свою спальню, ты хотел сказать? — переспрашиваю я, понимая направление его движения.
— Да, — коротко отвечает он.
Заходит к себе, включает свет и сажает меня на кровать.
— Алена, мне нужно разгрести это дерьмо, а ты ложись и отдохни. Я попрошу Надежду Константиновну приготовить тебе успокоительный чай.
— Подожди! — сон как рукой снимает. — Что нам теперь делать? Нас хотели убить? Зачем все это? Нам с Тимом угрожает опасность?
Север протягивает руки и берет мое лицо в ладони. Оставляет короткий смазанный поцелуй на губах.
— Я обещаю тебе, Алена: вам с Тимофеем ничего не угрожает. Вы в моем доме, и тут безопасно. Никто нас не хотел убить, скорее, пытались напугать. Прости, красивая, я должен уйти. Пожалуйста, прошу тебя, успокойся. Я вас защищу. Веришь мне?
Это сказано с такой уверенностью, но очень хочется верить в это обещание безопасности.
— Верю, — отвечаю тише. Мои руки дрожат, когда я перехватываю руку Севера. — Стас, не надо чая.
