Я, конечно, не особо приятный тип, но не монстр же!
— Стоять! — рявкаю я, в последний момент понимая, что нужно говорить спокойнее, ребенок все-таки рядом. — Алена, ты в своем уме? Останьтесь здесь, поужинайте. Дай ребенку согреться, перевести дух и сама выдохни. Вас здесь никто не обидит.
Алена дергается и замирает. Лицо бледное, даже губы посинели, глаза бегают. Да что с ней, черт возьми?!
— Мам, я хочу кушать. Бабушка Нина так и не успела меня покормить, — говорит пацан тихо и дергает ногами, пытаясь слезть с рук матери.
Алена выпускает его, обессиленно опустив руки вдоль тела. Тимофей стягивает шапку, расстегивает куртку и оборачивается ко мне. Изучает внимательно, сканирует взглядом, даже щурится немного, прямо как взрослый оценивает обстановку и меня, будто решая, достоин ли я его внимания.
А я будто смотрю на нас со стороны, сравнивая и подмечая очевидное сходство в чертах лица, линии роста волос и даже поведении. У меня внутри взрывается ядерная бомба, не меньше. Она останавливает мое сердцебиение, превращает меня пепел и развеивает его на ветру.
Что-то колет в области сердца, и я только сейчас вспоминаю, что оно у меня все-таки есть, это самое сердце.
В глотке будто кто-то перекрывает кислород, вмиг лишая меня спасительного воздуха; я чувствую себя растерянно, хотя не помню, когда в последний раз испытывал подобное. Жизнь меня уже давно подготовила к любым сюрпризам.
Но оказалось, что нет. Я ошибся.
Четкое осознание бьет больно. В голове включается счетчик.
Я вспоминаю дату рождения сына Алены, спасибо моей фотографической памяти. Складываю два и два, отнимаю девять месяцев. Сходится.
Охуеваю в очередной раз за этот нескончаемый день и понимаю, какой же я осел. Самый натуральный осел, раз не додумался сразу. Ну не из тех Алена женщин, которые, едва расставшись с мужчиной, могут скакнуть в койку к другому. Она бы так никогда не поступила.
Стоп. Кто тогда ее сожитель?
Тим, удовлетворившись увиденным и явно благосклонно отнесясь ко мне, подходит и по-мужски протягивает руку.
Машинально беру его теплую крохотную ладонь и пожимаю. Крепко, но не причиняя боли. Мальчуган сканирует меня серьезным не по годам взглядом и слегка кивает, то ли мне, то ли каким-то своим мыслям.
— Тимофей! — представляется он.
— Стас, — хрипло отвечаю я.
Или правильнее сказать — папа?
Глава 14. Пропала
Алена
Все, кто был в доме, вышли на улицу встречать автомобиль. Никто не смог остаться внутри.
