Но что я могла поделать? Ира-то не беременела. Честно говоря, совсем уж собралась подсказать ей, как поступить, а тут, бац, она и сама додумалась! Жаль только, что у мальчика мать пьянчужка!
– Извините, – пролепетала я, – другой не нашлось. Эта-то случайно попалась.
– Ничего, деточка, – отозвалась Анелия и достала еще одну банку с кремом, – надеюсь, что правильное воспитание скорректирует неблагополучную генетику. Кстати, куда ты задевала наглую алкоголичку?
– В милиции сидит, пятнадцать суток получила, это она тут посуду переколотила.
– Ага, – удовлетворенно кивнула Анелия, – так и думала.
– Вы Даниилу не расскажете?"
"– Конечно, нет, – ответила гостья, – я не болтлива, умею хранить чужие тайны. А ты переодень быстренько футболочку и будь в другой раз аккуратней.
– Я не изменяю мужу!!!
– Конечно, конечно, – закивала гостья, – просто решила в гостях переодеться. Что ж, так бывает! Кстати, душечка, надеюсь на твое молчание.
– Я тоже не болтлива.
– Чудесно, – пропела Анелия, – и помни, как ты относишься ко мне, так и я отнесусь к тебе.
– Не поняла!
– Если вдруг захочешь рассказать кому-нибудь о Костике, тоже не удержусь и вспомню про футболку, – мило улыбаясь, констатировала Анелия.
– Вы меня шантажируете?!
– Упаси бог, детка, просто предупреждаю, – заявила дама и продолжила: – Обязательно попробуй этот крем, просто чудо.
ГЛАВА 23
Ночь я провела без сна, пытаясь сообразить, как лучше поступить. Безусловно, милый господин Сироткин и есть тот самый человек, который задумал и, похоже, лично осуществил весь план.
И как мне теперь действовать? Не думаю, что он пустит меня к себе в квартиру, хотя… можно попытаться. Завтра в районе полудня… Мужик, должно быть, ходит на работу, а дома сидит мама, или теща, или неработающая жена… Да, но тогда он не станет держать там Настю… А вдруг у него есть дача? Я про него вообще ничегошеньки не знаю…
До семи утра я подскакивала на постели, словно шампиньон на раскаленной сковородке. Раз пять бегала на кухню, ела бананы, пила воду, потом опрокинула в себя стопку коньяка, хватила валокординчика… Но сон не шел, и в голову лезла какая-то идиотская чепуха, ничего дельного придумать не удавалось.
Наконец где-то около семи утра приняла решение. Поеду на эту Слободскую улицу и побеседую с соседями. К Сироткину пока не пойду…
Сказано – сделано. Я слезла с кровати и, притопав на кухню, принялась рыться в кухонных шкафчиках.
– Ищешь чего? – спросила отчаянно зевающая Ирина, разводившая в бутылочке молочную смесь.
