Но мне было совершенно не с руки покидать укрытие.
– Тише, пожалуйста, тише. Ну чем я вам помешала?
– Катись давай!
– Не могу.
– Почему? – удивилась баба.
– Понимаете, мой муж назначил на этой площади свидание своей любовнице, вот хочу посмотреть на нее.
Бабища с подозрением посмотрела на меня и почесала в затылке.
– А, понятно тогда… Залазь в ларек.
Я поднялась внутрь вагончика и чуть не скончалась от жары. Внутри не слишком большого пространства вовсю работала красная железная печка, где пеклась вкусная картошечка.
– Все мужики козлы, – заявила продавщица, – ну и где он?
– Пока нету, – ответила я, глядя в большое окно, – не подъехал еще.
Не успела проговорить эту фразу, как на площадь выбежала Алиса, стройная, в огненной блузке и узеньких черных брючках. В ту же секунду на проспекте затормозила роскошная бордовая иномарка. Из нее высунулась рука и помахала. Алиса кинулась к машине, я вылетела из ларька и уставилась на номер автомобиля.
Тупорылая, какая-то агрессивная с виду иномарка не двигалась.
Потом Алиса вышла из машины и быстро пошла в сторону дома.
Сегодня был чудесный день, может быть, излишне жаркий. Но вечером наступило восхитительное время. На темнеющем небе ни облачка, и москвичи, привлеченные ласковой погодой, выползли на улицу. На площади клубился народ, в основном молодежь, ребята возраста Алиски. Парни и девушки весело переговариваясь, пили пиво, ели мороженое, блины и сосиски. Палатки торговали вовсю. Я побежала за Алисой. Сейчас схвачу девчонку и устрою ей допрос с пристрастием.
"
"Вдруг Алиса странно покачнулась, повернулась и глянула прямо на меня. Я увидела огромные, широко раскрытые глаза и рот. Потом девушка сделала еще один шаг вперед, подняла руки и рухнула на асфальт. Толпа отшатнулась. Я кинулась к упавшей:
– Алиса, что с тобой?
Девушка молчала. Я схватила ее за плечи и потрясла.
– Алиса!
Нет ответа, и дыхания тоже нет. Похоже, что бедняжка скончалась на месте. Но отчего? Я встала с колен и спросила у зевак:
– Телефон есть у кого? Звоните в «Скорую».
– Держи ее! – раздался голос.
Распихивая людей, ко мне рвалась баба в берете.
– Держи! Это она стреляла! – орала «картошечница». – Говорила, любовницу мужа выглядывает, убийца!
Люди загудели. Я мгновенно перескочила через новенький заборчик и бросилась на другую сторону проспекта, но никто не бежал за мной, и в метро я вошла совершенно спокойно. Потянулась к сумочке, чтобы вытащить проездной билет, и ахнула. Ладони были липкими от крови несчастной Алисы.
