"
"Он молчит. Бледный как смерть, подавленный, он уже знает, что я пойду до конца… Только Роб не догадывается, какую бомбу я собираюсь взорвать.
– Зоя, мы же все обсудили? Зачем ты пришла? – твердо спрашивает он. Прищуривается, смотря на меня, а потом на Мишку, играющему с плюшевым зверем. Музыка стихает, а по залу проносятся тихие голоса.
«Кто она?»
«Это его бывшая?»
«Какой позор! Вот так являться на чужой праздник!»
– Я пришла сказать, что Мишенька твой сын.
– Что? Да как она смеет? – взрывается Гаяне Ивановна.
– Нагуляла… А теперь пришла права качать.
Нежная прекрасная Зара, одетая в розовое пышное платье, бледнеет и раскрывает губы в немом возгласе. Глаза Роберта округляются. Нет – глаза абсолютно всех гостей, присутствующих в зале, превращаются в блюдца!
– И еще я хочу сказать, что я жена Роберта. Вот паспорт. Мы поженились позавчера. И он взял мою фамилию, Гаяне Ивановна. Извините, я мечтала сказать вам это в лицо. Ваш Робчик теперь Шнайдер. Роберт Шнайдер.
Сую руку в кармашек сумки, судорожно шаря в поисках паспорта. Раскрываю страницу и показываю ведущей – она грустно вздыхает и кивает, подтверждая гостям правдивость моих слов. В этот момент Мишутка с силой кусает пластмассовый нос игрушки. Пуговица отрывается и исчезает во рту моего мальчика. Он ее вдыхает в себя… И тотчас синеет от приступа удушья.
– Миша… Мишенька… Господи, скорую!
Ноги не держат… Я бессильно опускаюсь на пол, прижимая сына к груди.
– Я помогу! – по залу проносится звонкий голос.
Зара небрежно отбрасывает накидку с плеч и летит на сцену… Падает на пол, позабыв о наряде, гостях, помолвке… Роберт на ходу снимает пиджак и бежит за ней следом.
– Вызывай скорую. Я попробую помочь. Меня учили, не бойся.
Пока я набираю номер скорой, она переворачивает моего сына и трясет за ножки…
Глава 17.
Зоя.
Перед глазами кружится карусель из разных кадров… Зара с моим Мишкой в руках, испуганный Роберт, пытающийся ей помочь, гости с перекошенными от жалости лицами… Роберт то и дело звонит куда-то, требуя прислать вертолет или реанимобиль.
По вечерним пробкам добираться до больницы мы будем ох как долго…
Об одном я не думаю – как выгляжу в глазах окружающих. И что будет с моей жизнью завтра? Плевать… Лишь бы Мишутка был жив и здоров. Малыш натужно дышит и шевелит посиневшими губками. Пуговица так и осталась внутри. Зара обреченно вздыхает и возвращает мне сына.
