– Мама, перестань, пожалуйста, – за спиной слышу голос Роба. – Зой, мама имела в виду, что ты не врач, да, мам? И… Спасибо тебе большое, ты и правда удивила. Маме лучше.
– Да, Зой. Я это имела в виду, – Гаяне Ивановна виновато отводит взгляд.
– Роберт, беги в аптеку, – вздыхаю устало. – А мне идти нужно.
Глава 5.
Зоя.
– Ой, так дело не пойдет, джан, – оживляется Гаяне Ивановна. – Идем-ка в наше кафе, я тебя кофе угощу. Ты помогла мне, детка, так что… Не откажи старухе, – устало протягивает она. – А Робчик пока за лекарствами сбегает.
Да, сынок?
– Д-да… Спасибо тебе, Зой. В кафе грязновато от налетевшей копоти, но…
– Девочки уже все убрали, – взмахивает ладонью тетя Гаяна. – Ты давно ела?
Хм… Конечно, давно. Я уже и забыла, когда ела. С утра крутилась, мучаясь от переживаний по поводу встречи с Робертом, потом поехала к маме, а потом… В ответ на предложение тети Гаяны живот предательски урчит.
– Идем, угощу тебя нашими фирменными закусками. Ты знала, что мы с Колей обновили меню в этом году? Хотя нет… Ты же теперь не захаживаешь к нам, – протягивает Гаяне Ивановна, неторопливо бредя к «Шариповым».
– Да я… Как-то редко здесь бываю. Киоск всего месяц работает. Вернее, работал…
– Ну ничего… Полюбовник твой тебе поможет, – охает она, толкая дверь.
Желание пить кофе резко улетучивается… Выходит, Роберт прав: о наших встречах с Крестом знал весь город…
– А я смотрю, вы осведомлены о моей личной жизни? Наверное, больше меня… – бросаю дерзко.
– Да не обижайся ты, – тушуется тетя Гаяна.
– Лина, Мила! Кофе по-турецки сварите и горячие фирменные закуски принесите. И побыстрее, Зоя голодная.
Не понимаю, как в ней все это уживается? Подозрительность и забота? Гостеприимство, щедрость и предвзятость к людям? Похоже, Роберт унаследовал от нее эти же качества.
– Садись, Зоя. Как твои дела? Давно не виделись. Я думала ты замужем за этим… За…
– Нет, я не замужем, тетя Гаяна."
"– А правда говорили, ты сына родила? – постукивая пальцами по краю стола, произносит она. – Разве так можно, а? Сына родил, но не женился.
Олух… Или бестолочь. В наше время это позором считалось.
– Что же вы меня позвали? Если я… Если… – задыхаюсь от возмущения, желая поскорее отсюда убежать.
– Да мужику позор, а не женщине. Значит, чего-то не поделили, – многозначительно протягивает она, покручивая кудрявую прядь. Красивая женщина… А Роб похож на нее как две капли воды. Бабушка моего Мишутки… Уверена, она не простит, если узнает, что мой сынишка ее внук.
