Я не знала, с чем сравнить это ощущение. Это как… Любить и быть любимой, пьянеть от вкусного вина, стремительно падать с высокой горки и стрелять из автомата одновременно. Эйфория. Да, именно эйфория единения двух существ в одно целое.
Я крадучись переступаю босыми ногами по золотому песку, желая увидеть испуг на родном лице, чьи каштановые волосы сейчас так забавно треплет ветер. Вот смеху-то будет, когда я неожиданно вручу ему свою находку.
Делаю еще пару шагов, стучу маленькой ладошкой Женю по плечу, привлекая внимание, и когда он разворачивается сую ему под нос паука лапами вперед.
Зелёные глаза Жени забавно скосились, в попытке рассмотреть, что же такое его трогает за нос. И тут приходит понимание, что это живое существо, которое дрыгает лапками, стараясь ухватиться за опору и удрать от греха подальше. От короткого судорожного вздоха существо с мохнатыми длинными лапками, почувствовав неладное стало двигаться интенсивнее. И я даже не поняла кто перепугался больше. Паук, который шокировано замер, растопырив свои страшные конечности, или Женя, который своим далеко не женским визгом «Паук», распугал чаек сидящих на берегу моря.
Дядя в одну секунду с перекошенным от отвращения лицом, отпрыгнул на добрых три метра.
Над песчаным пляжем разнесся мой звонкий девчачий смех. Как же долго, я пыталась его напугать, он пауков боится!
— Василиса! — попытался успокоить меня Женя, но я хохотала до слез. Это будет лучшее воспоминание в моей жизни. — Он же ядовитый!
— Как ядовитый?!
— Василиса… — выдернули меня из солнечного воспоминания.
— Это имя тоже красивое, но Васелия мне нравится больше.
Ненавязчивый шепот над ухом, заставил нехотя раскрыть глаза. Я уже не стояла на полу посреди коридора, я сидела на коленях ЧП в каком-то кабинете. Горло всё еще саднило, и голова кружилась, как после долгого катания на карусели. Мне определенно нужно было поесть, не ровен час, когда моя жажда меня сама вынудит кого-нибудь укусить.
— Зачем? — шепотом спрашиваю я."
"Вызвал воспоминание, которое я многие годы лелею в своей памяти, ведь Женя, такой неэмоциональный.
Я обожаю его широкие улыбки, потому что они редки, но еще реже я видела другие эмоции. Такие, как испуг, счастье, грусть, обожание, восхищение. Его лицо всегда бесстрастно. В общении с другими он часто употреблял ухмылку, но это скорее, чтобы оживить мимику, не более. А сейчас это разбередило мне душу, потому что я тоскую по нему.
— Тебе не понравилось? — я не знала, что ответить. Мне понравилось.
