Они хоть и отражали волнение, но были полны внутреннего согласия и решимости."
"Сергей был одним из тех, кто не просто увлекался артефакторикой, но и волею судьбы стал неотъемлемой частью новой научной команды, собранной князем Черногвардейцевым. И теперь получил возможность стать не просто наблюдателем, но и непосредственным участником экспериментального ритуала с загадочным родовым артефактом — честь, выпадающая единицам. Предложение поступило внезапно, и было из разряда тех, от которых не то что не отказываются — над ними даже не задумываются.
Именно так все присутствующие в этом помещении сегодня и считали.
Вокруг кресла, словно кольцом, стояли его друзья и коллеги в одном лице. Они хлопали Сергея по плечу, произносили подбадривающие слова, кто-то шутил, кто-то наоборот молча поджимал губы, разделяя волнение с товарищем.
— Ваша Светлость, у нас всё готово, — раздался хрипловатый голос пожилого мужчины, подошедшего к князю.
Белый халат, аккуратная седина и очки на тонкой оправе рисовали самый что ни есть каноничный образ учёного.
Лев Платонович — бессменный артефактор рода, чьи знания сегодня в этом месте были критически необходимы.
Сидевший в тени у дальней стены лаборатории Черногвардейцев почти сливался с креслом. Лениво повернувшись на голос и переводя взгляд с окна на центр комнаты, он остановил внимание на Ларионове.
— Действуйте, — коротко бросил князь в ответ и завис взглядом.
Едва слово было произнесено, как возле второго кресла, немного поодаль от Сергея, из искривлённого тёмной магией воздуха возник Аластор.
Вместе с ним появился ещё один человек — худощавый мужчина, волосы которого были немного растрёпаны, руки плотно скованы за спиной, а глаза завязаны плотной чёрной лентой.
— Где я⁈ — тут же сорвалось с губ человека перепуганным голосом. Он резко мотнул головой и принюхался, очевидно ощутив, что оказался в другом месте.
Черногвардейцев, молча наблюдавший эту картину, лениво махнул ладонью, и повязка с глаз мужчины тут же слетела.
На мгновение Ивачёв ослеп от яркого света лаборатории, но затем прищурился и начал озираться. Его взгляд метался по помещению, цеплялся за незнакомые лица, за руны на полу и, наконец — за стоявшее в дальнем конце помещения кресло, где в безмолвном ожидании находился тот, кого нельзя не узнать.
— Что-о⁈ — вырвалось из уст пожилого мужчины на всю лабораторию, а следом голос пленника и вовсе сорвался на высокую ноту.
