В частности, в канцелярии есть особый отдел по полицейской части. Он занимается всеми секретными делами.
– Вроде охранного отделения?
– Говорю же: в европейской части ничего подобного не существует, отдел просто не с чем сравнить. Ему подчиняется вся наружная полиция и закавказская полицейская стража. А по некоторым вопросам даже губернские жандармские управления и конвойные части. Охранных и сыскных отделений в кавказских губерниях нет – их функции тоже лежат на особом отделе. Он руководит борьбой с бандитизмом, с политической преступностью и даже ведет разведку сопредельных иностранных государств параллельно с военными.
– Ого!
– Я познакомлю вас с начальником особого отдела статским советником Трембелем. Это самый осведомленный человек на всем Кавказе. Значимость его подчеркнута статусом вице-директора канцелярии.
– А он ваш или Голицына?
– Карл Федорович себе на уме, но службу знает.
– Спрошу иначе: я могу ему доверять? У вас все так непросто.
– Где сейчас просто? – развел руками Фрезе. – А на ваш вопрос отвечу так: сотрудничать с ним можно, он будет вам крайне полезен.
Особенно после того, как получит мой категоричный приказ. А доверять – нельзя.
Лыков кивнул.
– И запомните мои слова, господин коллежский советник: здесь никому нельзя доверять. Это Кавказ, – сказал в заключение генерал.
Глава 3
Тифлисские чиновники
Статский советник Трембель оказался рослым осанистым мужчиной с напомаженной бородой и наружностью сердцееда. Глаза живые, блестящие и как будто постоянно смеющиеся.
Ох, здешние дамы немало должны были натерпеться от такого красавца! Фрезе сдал ему сыщика с рук на руки, сказал все необходимые слова про полное содействие и удалился. Когда мужчины остались вдвоем, Трембель заявил:
– А я про вас слышал, Алексей Николаевич.
– Вот как? Что именно?
– Ну, вы богатырь, каких мало. И притом особо доверенное лицо министра.
– Ни то, ни другое, Карл Федорович, увы, не соответствует действительности.
– Неужели? – осклабился статский советник, оглядывая крепкую фигуру питерца.
– В молодости всякое бывало, но теперь я уже не тот. Тяжелее стакана с вином стараюсь ничего не поднимать. А что касается нашего министра, то есть лишь один человек, которому он по-настоящему доверяет. И это не я.
– Подполковник Скандраков?
– Да, начальник его личной охраны.
Трембель помолчал, обдумывая услышанное. Потом кивнул:
– Так и быть. Хотите принизить свое значение – ваше право. Смешно было бы при первом знакомстве ожидать от вас искренности.
