— Ну, знаешь ли… я вообще-то уже давно и не оборванец вовсе, — задумчиво улыбнулся я, вспоминая о работающих на меня заводах.
Но в следующую же секунду мне стало вновь грустно: один из них был недавно уничтожен Пожарскими, и мне ещё предстоит со всем этим разбираться.
Так, перебрасываясь друг с другом малозначимыми фразами, мы с друзьями открыли все оставшиеся сундуки, обнаруживая в них абсолютно одинаковую картину.
— Лёша, тут ещё меч какой-то… — внезапно донеслось от Маши, которая неожиданно быстро потеряла интерес к золоту и оставила нас одних рассматривать слитки.
— Меч? — с любопытством отозвался я.
— Ага. Красивый…
Что-то было в интонации и голосе Маши такое, отчего мы все втроём разом бросили копошиться вокруг сундуков и, развернувшись на голос подруги, тут же направились в её сторону.
Найденный Морозовой клинок обособленно висел на одной из стен в конце зала, и под слоем пыли, а также ввиду отсутствия должного освещения, изначально был едва заметен. Но пытливый взгляд подруги каким-то образом его заприметил, после чего девушка, схватив первую попавшуюся ткань с ближайшего стеллажа, принялась смахивать с меча паутину и пыль.
Тряпка эта, надо сказать, была не менее пыльная, чем всё остальное вокруг, но поставленной цели Маша всё же добилась — все ключевые детали рукоятки клинка и ножен, в которые он был закрыт, проявились на свету наших фонарей, позволяя рассмотреть оружие немного детальнее.
— Будем так смотреть или снимешь? — нетерпеливо произнёс Стёпка, так же как и все здесь присутствующие, с любопытством глазевший на висевший перед нами на стене меч.
Естественно, я, ровно так же как и он, и как остальные ребята, был заинтригован, поэтому уже в следующую секунду клинок был осторожно снят с удерживающих его петель и оказался у меня в руках.
Чёрная рукоять с полукруглым навершием, на котором виднелась знакомая миниатюра с мордой ежа, переходила в искусно выполненную из металла гарду в виде лица нахмурившегося демона, изо лба которого росла пара коротких мощных рогов — именно они играли роль крестовины, защищающей в схватке кисть и пальцы орудующего этим мечом бойца.
Глаза беса были изюминкой этой картины — на их место были инкрустированы два небольших тёмно-бордовых камня, свечение внутри которых намекало об их явно не декоративной роли в этом оружии."
"Вытащив меч из ножен, мы смогли лицезреть ещё один камень. Третий и самый большой из них, он был вставлен в сам листовидный клинок, чуть выше закрывающего рукоять перекрестья.
