Люка и Роба редко можно увидеть по отдельности, а Каро общается с Элис и Алексом, который все еще шарахается от меня. Я провожу почти все свободное время с Дрю, который, к счастью, кажется довольным жизнью во френдзоне. И с Арне, хотя в основном он держится обособленно.
Но зачем обременять этим сестру? Последнее, чего я хочу, так это того, чтобы она переживала обо мне еще больше.
– Лиса написала мне позавчера, – неожиданно заявляет она. – Спрашивала, как ты. Говорит, ты не ответила на ее последнее письмо.
– Я была занята, – я чувствую, что краснею.
Сестра прищуривается, глядя на меня.
– Она твоя лучшая подруга, Кейт. Она беспокоится о тебе. Ради Бога, напиши ей. Она говорит, что писала тебе дважды и не получила ответа.
На фоне слышится суматоха. Голос Тоби, негодующий, кричащий что-то своей сестре.
– Мне пора, – закатывает глаза Клэр. – Если я не вмешаюсь, начнутся открытые боевые действия.
– Передавай, что я их люблю, – быстро говорю я. – Скажи Тоби, чтобы тебя пощадил, или я не привезу ему пингвинье яйцо.
– Там, где ты, нет пингвинов, – подмечает моя мыслящая трезво сестра. – И тебе бы не разрешили взять яйцо с собой.
– Нет. Но он же этого не знает.
Она улыбается, махнув рукой на прощание.
– Позвони маме, – повторяет она, затем отключается.
Я сижу в комнате для звонков еще десять минут, пытаясь взять себя в руки, протирая глаза. Общение с сестрой обостряет мое одиночество, как никогда – будто она является моей единственной связью с внешним миром.
Черт. Она, по сути, и есть единственная связь – хотя это по большей части моя вина.
Большинство моих друзей, за исключением Лисы, которую я знаю со времен медицинского института, отдалились. Или, скорее, я их оттолкнула. После того, как моя первая встреча после аварии закончилась слезами коллеги по работе, не выдержавшей вида моего изуродованного лица, было проще держаться от всех на расстоянии.
Я не заслужила всего этого сочувствия, заботы. И не могла выдержать того, как все старательно избегают говорить о Бене.
Мама, напротив, в наши редкие встречи никак не может оставить эту тему. Всегда расспрашивает о нем, как будто я пациент, а не дочь. Пытаясь забраться мне в голову, и это невыносимо.
Я напишу ей завтра, решаю я, поглядывая на часы.
Почти время ужина.
– Я полагаю, сегодня вечером намечается шоу, – объявляет Соня, поедая бефстроганов, творение Арка.
– Думаешь? – Элис глядит на нее с надеждой.
– Погодные условия идеальные. Безоблачно и луна ярко светит.
