Я чувствую необъяснимое притяжение к нему, хочу приблизиться, как будто он – безопасное убежище в этом шторме. – Зачем кому-то это делать?
– Да, почему? – требует Сандрин. – Почему кто-то мог хотеть навредить Жан-Люку.
Алекс медленно качает головой, будто не веря своим ушам. Как много он выпил, интересно? И делает ли он это регулярно?
Приглядывать за ним, как я пообещала Каро три недели назад, оказалось легче на словах, чем на деле – Алекс становился все более закрытым, избегая всех, кроме Каро и Арне. Он полностью забросил медицинские тесты и видеодневники, вынуждая меня наблюдать за ним единственным возможным способом – проверять его монитор активности.
Хоть я и не разбираюсь в данных, по крайней мере, замеры сердцебиения дают мне знать, что он еще жив.
– Почему бы тебе не задать этот вопрос Люку? – Алекс обращается к Сандрин. – Ты прекрасно знаешь, что у них было несколько стычек на тему его маленькой заначки.
Люк в бешенстве сжимает зубы. На секунду кажется, что он на грани того, чтобы снова ринуться в драку.
– Ты не можешь всерьез так считать, – сбивчиво выпаливает он. – Ты честно считаешь, что я мог бы кого-то убить? Из-за такого?
– Жан-Люк угрожал, что подаст на тебя жалобу, разве нет? – настаивает Алекс.
– Алекс, пожалуйста, – предостерегает Каро.
– Ну? – Алекс взывает к Арне. – Ты же мне веришь?
Арне не отвечает, а Люк дико оглядывается по сторонам.
– Что это такое? Какой-то долбаный суд? – Он поворачивается к Сандрин. – Ты собираешься что-то сделать? Или предпочтешь просто остаться в тени?
Начальница станции замирает, ее лицо неподвижно от напряжения.
Она выглядит почти парализованной.
– А как насчет него? – Люк кивает на Арне. – Я, кажется, припоминаю, что у него с доком были свои разногласия. Почему не он подозреваемый в этом так называемом убийстве?
– Так мы ничего не решим, – холодно произносит Арне, обращая свой комментарий и к Люку, и к Алексу. – Нам всем нужно так или иначе уживаться вместе следующие девять месяцев.
– Ради всего святого, не было никакого убийства, – срывается Сандрин, видимо, очнувшись и вспомнив, что она должна быть тут главной.
– Смерть Жан-Люка была чистой случайностью. Это должно прекратиться.
– Алекс, почему бы тебе не пройти в клинику, – предлагаю я, отчаянно желая поговорить с ним, успокоить.
– Спасибо, Кейт, – отрывисто прерывает меня Сандрин. – Я справлюсь. Мне не нужна твоя помощь.
Жар заливает щеки. Я смотрю на нее, уязвленная и растерянная.
