– Мы из тех, кто стремится добиваться большего. Из тех, что отлично выглядят на словах, но кажутся пустыми изнутри. Ничего не бывает удовлетворительным, если минимальным стандартом считается идеал.
– Значит, ты с ними не близка?
– Отец умер пять лет назад, а мама сейчас живет в Индии – она нашла работу в Дели в качестве консультирующего психиатра. Мой брат работает в Мельбурне, и мы, по сути, не общаемся, – качаю головой я.
– Ты по ней не скучаешь? По маме.
– Иногда, – говорю я уклончиво. – Они никогда не была из тех, кто сидит дома и взращивает чадо.
Я ближе с моей сестрой, Клэр.
Дрю выглядит задумчивым. Его лицо выражает сочувствие, которое мне неприятно.
– Наверное, в детстве тебе было одиноко.
Я прищуриваюсь от удивления. Это так очевидно? Или, может, я недооценила его. Просто потому что он спортивный и накачанный, не значит, что Дрю какой-то пещерный человек в плане эмоций.
– Да уж, полагаю, это так. Но все же теперь это моя жизнь.
– И у тебя есть кто-то конкретный, с кем ты ее разделяешь? – спрашивает он обыденно, как будто это не тяжелый вопрос, которого я избегала множество раз с тех пор, как приехала сюда.
В этот раз, подозреваю, мне не удастся уклониться от него так легко.
– Уже нет.
Дрю разглядывает меня с непроницаемым выражением лица.
– То есть ты не в отношениях?
– Я слишком много говорю, – быстро перебиваю его я, желая поскорее сменить тему. – Как насчет тебя? Расскажи о своей жизни – ты тоже нечасто упоминаешь о прошлом.
– Нечего особо рассказывать, – отнекивается Дрю.
– Родился и вырос на Среднем Западе. У родителей была земледельческая ферма. Брат поступил в колледж, свалил к чертям из Доджа.
– Свалил к чертям из Доджа? Ты имеешь в виду свой дом? Там было плохо?
Он вздыхает. На мгновение я беспокоюсь, что задела больное место.
– Он уехал из Небраски. У меня это заняло на несколько лет больше. Когда родители продали ферму и переехали во Флориду, я снял жилье в городе и работал в местном «Таргет»[15] какое-то время, прежде чем понял, что если я не возьму себя в руки, так пройдет вся моя жизнь.
Поэтому пошел в армию и выучился на инженера.
– Как долго ты этим занимался? – Мне стыдно, что я до сих пор этого не знаю, но на базе есть неписаное правило, что никто не сует нос не в свое дело и не задает слишком много вопросов. Здесь, кажется, мы можем быть, кем захотим, новыми версиями себя – по крайней мере, на время нашего пребывания.
– Я служил в армии четыре года, может, пять, – отвечает Дрю.
