"
"– Кейт, притормози! – Я видела его лицо, размытое сквозь слезы, но заметила, что его глаза испуганно округлились. – Остановись, ладно?
Я ехала дальше.
– Серьезно, ты едешь слишком быстро.
– Отцепись, Бен.
В тот момент появилась лисица, выскочившая из-за деревьев на дорогу. Она замерла, блеснув глазами в свете фар, растерянная от ослепившего ее сияния. Глядя прямо на меня, как будто пытаясь что-то сказать.
Я увернулась, пытаясь объехать ее. И все изменилось навсегда.
– Кейт? – Каро обеспокоенно разглядывает меня.
– Кейт, мне так жаль.
Я понимаю, что плачу. Судорожно всхлипываю.
– Ты в порядке? – снова спрашивает она.
Я опять прочищаю горло.
– Не совсем.
Она долго и неотрывно смотрит на меня.
– Это не твоя вина, ты же знаешь.
Я качаю головой и отворачиваюсь.
– Я ехала по меньшей мере сто километров в час, – говорю я ей. – Бен умер мгновенно, когда мы врезались в дерево. Я сломала ногу, мне разорвало селезенку, и мое лицо хлестнуло веткой, которая прошла через лобовое стекло. – Пальцы инстинктивно находят шрам, след на моей щеке.
Моя метка.
Постоянное напоминание о моей вине.
– Дерьмо, – шепчет Каро. – Он умер?
– У «Скорой помощи» ушло несколько часов на то, чтобы достать нас из машины, – продолжаю я ломающимся от всплывающих воспоминаний голосом. – Я отключилась на какое-то время, затем очнулась в машине «скорой». Нас отвезли в ту неотложку, где я работала.
Я смотрю на Каро в сумерках керосиновых ламп.
– Это был чуть ли не худший момент – увидеть лица коллег. Тогда я поняла, что Бен умер, по их лицам, по жалости и сочувствию в голосах.
Взгляд Каро не меняется.
– Ты ведь знаешь, что это не твоя вина, да? – повторяет она.
Я решительно качаю головой:
– Но это неправда, не так ли? В лучшем случае, я была неосмотрительна. Мне нужно было остановиться. В худшем… – Я останавливаюсь. Об этом лучше не думать.
Там прячется безумие.
– В худшем что? – мягко уговаривает Каро. – Кейт, расскажи мне.
Я зажмуриваю глаза. Заставляю себя озвучить мой потайной страх, преследующий меня днями и ночами.
Я сделала бы что угодно, чтобы облегчить эту боль.
– Вдруг это не был несчастный случай? – шепчу я. – Что, если это сделала я? Нарочно.
– Что ты имеешь в виду? – хмурится Каро.
Я снова сглатываю, вытираю слезы.
– Иногда, когда я не могу заснуть, когда лежу без сна, я начинаю думать, вдруг я сделала это намеренно?
– Ты сделала это намеренно? – Она хмурится еще сильнее. – Навредила и себе, и Бену?
Я киваю, вспоминая эти яркие глаза в свете фар.
