Пока Соня вытирает кровь, я пробираюсь к матке и делаю еще один аккуратный продольный разрез.
– Давление пятьдесят пять на сорок, – объявляет Дрю. – Пульс девяносто восемь.
Без изменений. Хотя, это, конечно, ничего не говорит о состоянии ребенка.
Происходит неожиданное излияние жидкости, когда я пробиваю амниотическую оболочку. Соня хватает полотенца и тщательно все вытирает.
Я беру пару хирургических зажимов и передаю их ей.
– Держи разрез открытым, пока я работаю.
Я просовываю руку в матку Каро, нащупывая голову плода.
Вот. Маленькая, но успокаивающе теплая. Обхватив его ладонью, я просовываю туда вторую руку и аккуратно тяну.
Секундное сопротивление, а в следующую секунду ребенок появляется из живота Каро.
– Господи, – вздыхает Дрю с округленными глазами. – Почему он такого цвета?
– Это творожистая смазка, – объясняет Соня. – Это нормально для недоношенных детей. – Мы все смотрим на миниатюрный белый комочек у меня в руках. Он выглядит, как маленькое безжизненное привидение.
Как крохотный призрак девочки.
– Она дышит? – шепчет Соня.
Я качаю головой, засовывая кончик пальца ей в рот, проверяя, не заблокированы ли дыхательные пути. Даже под творожистой смазкой я вижу синеву ее кожи от нехватки кислорода. Мне нужен дыхательный аппарат, отчаянно думаю я. Мне нужно заставить ее дышать, быстро.
– Принеси кислород, – поторапливаю я Дрю, – и еще одну маску.
Он приносит их. Я открываю рот ребенка и осторожно выдыхаю внутрь, а потом прислоняю кислородную маску к ее лицу, надеясь, что это сработает.
Но это не так. Я пытаюсь снова, безрезультатно.
О Господи, молюсь я. Пожалуйста.
– Дай ее мне, – протягивает руки Соня. – А ты займись Каро.
Я передаю ей ребенка и смотрю, как Соня реанимирует малыша, потом умело переворачивает ее и похлопывает между плеч.
Каким-то чудом слышится почти неразличимое сопение, и маленькая рука напрягается, двигаясь.
Слезы застилают глаза, когда я поворачиваюсь к ее матери, собираясь с силами. Легко, осторожно я тяну за пуповину, тихо бормоча еще одну молитву, чтобы плацента отошла без осложнений; если матка не сможет сжаться и перекрыть поток крови, Каро умрет в считаные минуты.
Несколько мгновений ничего не происходит, но затем плацента выскальзывает мне в руки. Я хватаю один из фонариков и внимательно ее изучаю, к счастью, все выглядит нормально.
– Дрю, можешь помочь? – Я киваю на тампоны, пока ищу иглу и нити, а затем приступаю к наложению шва на рану Каро.
– Как ребенок? – спрашиваю я у Сони.
– Нормально.
