— Не делай этого. Это называется: соучастие в совершении преступления.
— Отпусти меня, Буч.
— Он опасен.
— А ты — нет?
Он опустил руку.
— Завтра, — сказала она, сделав шаг назад. — Мы поговорим завтра. Подъезжай ко мне после работы.
Он решительно заступил дорогу.
— Бэт, я не могу позволить тебе…
— Ты меня арестуешь?
Как коп, он больше не имел права на это. Пока его не восстановят на службе.
— Нет.
— Спасибо.
— Я делаю это не из любезности, — горько произнес он, когда она прошла мимо. — Бэт, пожалуйста…
Она остановилась.
— Все не так страшно, как кажется.
— Даже не знаю, что ответить. Все предельно ясно. Ты защищаешь убийцу и имеешь реальный шанс сама сыграть в ящик. Ты хоть понимаешь, что это за тип? Я видел его глаза, пока он держал меня за горло и ждал, пока я не испущу дух. Он прирожденный убийца. Как ты можешь идти к нему? Черт, как ты вообще позволяешь ему разгуливать по улицам?
— Он совсем не такой.
Но за словами этой фразы крылся некий вопрос. Дверь «мерседеса» открылась, и из машины вылез старичок в смокинге.
— Госпожа, у вас возникли какие-то затруднения? — заботливо поинтересовался он, бросив на Буча косой взгляд.
— Нет, Фриц. Все в порядке.
Она улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.
— До завтра, Буч.
— Если ты до него доживешь.
Бэт побледнела, но поспешила вниз по лестнице и скользнула в машину.
Через минуту Буч был уже за рулем. Пустился вдогонку.
В коридоре раздались шаги. Хаверс оторвал взгляд от тарелки и нахмурился. В кои-то веки собрался спокойно поесть…
Сейчас откроется дверь, и догген сообщит, что прибыл новый пациент.
— Марисса! — Он вскочил со стула.
— Вот, решила спуститься. Надоело сидеть целыми днями в своей комнате.
Сестра натянуто улыбнулась.
— Очень рад твоей компании.
Она подошла к столу. Хаверс предупредительно отодвинул кресло. Как кстати, что, по его настоянию, стол всегда накрывали на два прибора. В черном шелковом платье и жакете с высоким воротом сестра выглядела непривычно решительной. Распущенные волосы переливались в свете свечей, как золотая пряжа.
Она выглядела очаровательно, но Хаверс почувствовал внезапную вспышку злости. Этот мерзавец Рэт не ценит того, чем обладает. Красавица из благородного сословия для него недостаточно хороша?
Использует ее только как кормушку.
— Как твоя работа? — поинтересовалась Марисса, пока доггены наливали вино и ставили перед ней еду. — Спасибо, Филипп. Каролин, это выглядит просто восхитительно.
Она ковырнула вилкой ростбиф.
