Но кое-что знал он и о медитации, технике цигун, что позволяло успокаивать сознание, тело и эмоции. В состояние анабиоза погружаться пока не умел, но ведь у него столько времени впереди, чтобы научиться…
То ли он действительно смог войти в состояние транса или просто заснул, но в себя пришел только к обеду. Все тот же хлеб и вода. Но лучше что-то, чем ничего…
– Да, на таком рубоне далеко не уедешь, – зубами перемалывая черствый хлеб, уныло произнес Крылан.
– Бывает и хуже.
– Но реже… Хотя в зонах сейчас не сладко.
Раньше хоть работа была, пайку нормальную давали, а сейчас, говорят, с этим туго, промка стоит, плана нет, с кормежкой туго… Если в нормальную зону попадешь, если вдруг от пуза кормить будут, ты, это, особо не налегай. Было у нас однажды, я в Мордве тогда мотал, работы полно, а кормили хреново, а потом хозяина сменили, пайка жирная пошла. Так мне один умный человек сказал: не надо, говорит, брат, от пуза жрать, а то, говорит, трудно будет от хорошего отвыкать. Так и оказалось. Хозяин закабанел, сам хапать стал и другим давать, пайку, гад, урезал.
Жрать хотелось, а в миске один только стук. Вот я намучился тогда, пока к этому стуку снова привык. Теперь на многое не претендую. Хотя бывает, срываюсь; вот, от косячка не отказался, потому и влетел. А так баланду бы хлебал да сало трескал. У нас на хате грев хороший, смотрящий у нас по этой теме зверь… А у вас как с гревом?
– Нормально.
– К тебе дачки часто засылают?
– Ну, не каждый день, но не жалуюсь.
– Да я слышал, ты на воле весь город держал, – уважительно сказал Крылан.
– Не весь…
– Да, но бабла немерено было!
– Мне хватало.
– Небось баб как перчатки менял.
– По-всякому бывало.
– Я как-то в «Ночной фее» был, крутое казино, скажу тебе…
– Я в курсе.
– Ну да, это ж ваша территория… Такие красотки танцуют, жуть. Как вспомню, так хоть за гусиную шею хватайся…
– Хватайся. Только не при мне.
– Тебе-то хвататься не надо, – завистливо проговорил Крылан. – У тебя этого добра валом было…
– Было.
– И будет. Срок отмотаешь, вернешься, а девочки тебя ждут…
– Эти уже не дождутся.
Постареют девочки, пока я отмотаю, кто их таких держать будет? – усмехнулся Вайс.
Марина тоже постареет, но его это совершенно не напрягает. Она ему и в сорок будет нравиться, и в пятьдесят. Он точно это знает. Потому что чувства у него к ней. Сильные чувства…
– Ну, этих, может, и не будут. Других наберут. Тебе какая разница, с этими или с другими?
– Много у меня таких девочек, всех не перепробуешь.
