"
"– Новая жизнь у тебя начинается, Вайс, – продолжая ухмыляться, сказал Околотов. – Старая жизнь у тебя началась со слова «мама», а новая начнется со слова «петух». Петушиная у тебя жизнь начнется, если не сделаешь правильных выводов. Ты меня понимаешь? Что, говорить не хочешь? Не хочешь – заставим. Сейчас ты скажешь слово «петух».
Вайс произнес это слово. Про себя. И с мощным мысленным посылом, адресованным Околотову. Его петухом назвал, потому что чересчур петушится мент. Но если он сам не сделает правильных выводов, может стать петухом в переносном смысле.
Такая тогда слава о нем пойдет, что ни один приличный уголовник говорить с ним не станет…
– Молчишь? Ну ничего, сейчас заговоришь!
И снова на Вайса надели противогаз. Туго ему пришлось, очень туго, но ни единого слова он не проронил. С этим и отправился обратно в камеру.
А вечером его перевели в другую камеру. И, глядя на «пассажиров», нетрудно было догадаться почему.
Видно, ментам пришлось постараться, чтобы собрать здесь крепких и страшных на вид уголовников.
Жарко в камере, сидельцы с голыми торсами, но только один из них в истинно лагерных наколках. У другого какой-то дракон на плече из китайской грамоты, а у остальных ни единого иероглифа.
– Ну здорово, братва, – стараясь не выдавать своего смущения, с легкой небрежностью сказал Вайс.
– Чо, здоровый, да? – поднялся со своего места краснолицый парень с маленькой головой, но могучими плечами.
Не похож он был на закоренелого уголовника, зато постановочным номером от него на версту тянуло.
Менты это шоу организовали, чтобы жизнь Вайсу медом не казалась.
Вайс промолчал. Не та ситуация сейчас, чтобы словами отбиваться. Если у этих подсадных есть утвержденный сценарий, они обязательно наедут, что бы он ни говорил. Сейчас он мог отбиться от них только кулаками. И хорошо, что за последние два года он защитил свой законный второй дан и даже сдал экзамен на третий, причем без всяких скидок…
– Если здоровый, то это всегда можно исправить, – заученно сказал верзила с драконом на плече.
– А лекарства на киче дорогие, – ухмыльнулся детина с широким приплюснутым носом на мордастом лице. – Быстро в долги влезешь… Хотя, конечно, ты можешь их прямо сейчас отработать. Сказать, чем?
Четвертым арестантом был мужик с лагерными наколками – полуголые женщины на груди, лев, арфы, облака с ангельскими крыльями, пауки в паутине. В общем, нагромождение всякой всячины, и ничего серьезного, если не считать шестиконечных звезд под ключицами.
