Да, вероятно, линкх прав. Я сама.
Скриф провел пальцами по моему затылку, ероша волосы, коснулся позвонков шеи, погладил… И я с трудом удержалась от желания поддаться к его руке. Мне так хотелось ощутить все его прикосновения, ласки, удары…"
"Дернулась, отстраняясь.
Но Скриф не позволил, его руки сжались вокруг моего тела, притягивая к сильной груди. Губами прижался к моему затылку.
– У меня тоже, – глухо произнес линкх. – Никого не было.
Я замерлa, осмысливая. И резко повернулась к мужчине.
– То есть как это – никого? Но тебе ведь нужно питаться! Ты же так сдохнешь, линкх! Совсем болтики растерял?
Он тихо рассмеялся, и шестеренки внутри меня закрутились быстрее.
– Мне не хватало твоих глупостей, наемница. И я подумал, что тебе не понравится, если я кого-то… хм… возьму.
Я возмущенно уставилась в серебристые глаза. Вот черт, это проблема. Большая проблема. И да, мне очень, очень не понравится, если он дотронется до другой женщины! Так не понравится, что я могу ненароком что-нибудь отстрелить поганому линкху!
– Да, но если ты сдохнешь, что мне делать с твоим трупом? – рассердилась я.
– Закопаешь в сугробе, - серьезно ответил Скриф. – Тут их полно.
– Ты на это рассчитывал?! – рассердилась я ещё больше. - Что я растрогаюсь? Не дождешься. Я не буду с тобой спать!
– Ладно.
– Я не шучу!
– Понял.
– Гад! Ты мог бы и попросить!
Скриф откинул голову и расхохотался. А я так изумилась, увидев смеющегося линкха, что оторопело захлопала глазами. Он смеялся по-настоящему, так, что эти чертовы шестеренки внутри меня закрутились, как адронный коллайдер, разгоняя частицы моей души до световой скорости!
– Я не умею просить, наемница, - вскрикнула, пoтому что оказалась под ним, а мои ладони – прижатыми к обшарпанному дивану.
Скриф придавил мои брыкающиеся ноги коленом, усмехнулся. – Не умею и не буду. Потому что мужчина не должен просить ни секс, ни любовь. Но я сделаю все, чтобы ты сама отдала мне и то,и другое.
Он навис надо мной, тяжело втягивая воздух.
Радужки выцвели, полностью утратив лазурь, зрачок расширился. Ноздри линкха втягивали воздух рывками, как у голодного зверя, мышцы напряглись. Я же, напротив, превратилась в желе, реагируя на эти признаки его желания.
И голода.
Облизнулась, глядя ему в лицо.
– Я тоже не умею просить, линкх. Разве что иногда. В постели. Когда кто-то слишком медлит, а я так хочу почувствовать его внутри… – Скриф тихо зашипел. – Или когда хочу ощутить мужской язык у себя во рту.