Смотреть, что на видеокамерах, видеорегистраторах машин соседей… Но день какой выбрали… Мы никого дома не застали, есть только показания Надежды. И в них ее бывший муж фигурирует. Комнату ему этот Валера пытался продать. Сережа, ты, случайно, в момент убийства не носил на руках Анатолия Васильева?"
"– Нет. Как тебе известно, мы были в приюте для собак. Но его мог носить кто-то другой. Я звонил Ларисе – узнать, какая обстановка в квартире, – она сказала, что Васильев поехал отмечать Новый год с Демидовой в ее апартаменты.
Соседка ей рассказала, Нина Георгиевна. Так что проверить алиби или его отсутствие нетрудно, наверное. А смысл для него тут в чем? Допустим, они бы документы уже подписали, и он деньги должен убитому. Но этого не было. Он отказался покупать.
– Ты его адвокат? Узнаем, что нет алиби, будем искать смысл. Сын Валентины Сидоровой истерично орал, что кто-то убивает их всех. Он уверен, что убийца в квартире. Требовал охраны.
– Кого-то конкретного называл?
– Чуть ли не всех. Корнилову, Васильева, Демидову и, что самое интересное, бывшего мужа Демидовой – Петра Романова.
На него он больше всех катит. Говорит, знает его еще с детства. Жили в одном доме. Мать Романова у них квартиру отобрала за какие-то долги, она была опасная дама. А не так давно Романов Валентину нашел, какие-то дела с ней начал крутить. Тут-то и пошли исчезновения и убийства. Мать, говорит Семен, у Романова на все была способна. И он такой же.
– Причина?
– Семен не знает. Но думает, что каким-то образом это связано с их бизнесом и недвижимостью.
Романов, по его словам, у многих отжимает бизнес. Кстати, я посмотрел кое-что: у Сидоровых недвижимость в Бельгии.
– Могут уехать?
– Но как? У него не похоронена мать, убит сын… Короче, я пообещал после Нового года наружку этому типу.
– Его опасения понятны, – задумчиво сказал Александр Васильевич. – Но не факт, разумеется, что он называет всех людей, которых на самом деле подозревает. И не факт, что он обо всех делах матери знает.
Слава вдруг почувствовал, как его руки коснулось что-то холодное, мокрое, но не противное.
Он посмотрел вниз и удивился. Ему в ладонь положил блестящий черный нос Май. Почему-то не хотелось отдернуть руку. Слава нерешительно погладил этот нос. В ответ его жарко лизнули.
– Ты знаешь, – удивленно сказал Земцов Сергею, – я вообще безразличен к животному миру и всей этой дикой природе. Уголовный расклад мне понятнее. Но в этом звере – а собаки такой я отродясь не видел, – что-то есть.
