Мадленка села на ларь, глядя на распятие на стене.
— Ты считаешь меня трусом? — спросил крестоносец.
— Нет, — сказала Мадленка честно, — я считаю, ты не обязан делать что-либо для меня помимо того, что уже сделал.
Она так и не поняла, что ее слова задели его сильнее, чем любой упрек.
— Меня убьют? — просто спросила она.
— Не обязательно, — ответил рыцарь. — Теперь, когда им известно, кто ты, они попытаются от тебя избавиться, но не в открытую. Потребуй, чтобы тебе дали человека, который будет проверять твои напитки и пищу.
И, — он достал из-за пазухи короткий кинжал, — на всякий случай возьми это. На нем нет никаких меток, что он принадлежит мне, но он может тебе пригодиться.
Мадленка спрятала кинжал, закрыла лицо руками и всхлипнула.
— Боэмунд, — сказала она, — мне страшно.
Рыцарь ничего не ответил. Мадленка утерла слезы и робко поглядела на него. Он стоял, привалившись плечом к стене, и сосредоточенно размышлял о чем-то.
— Они будут задавать тебе самые разные вопросы, — негромко начал он. — Придерживайся правды, насколько это возможно, но не забывай: слово — это оружие.
Оно может спасти, а может и погубить тебя. Лучше всего, если ты не станешь упоминать о Мальборке.
— Но как… — начала Мадленка сдавленно. — Они же знали, что я там, и Флориан…"
"— Ты бежала из подземелья, рыцарь пошел в одну сторону, а ты в другую. Потом тебе встретился юноша твоих лет, и ты, опасаясь погони, обменялась с ним одеждой. Я его нашел, принял за тебя и повесил, но ты об этом ничего не знаешь. Потом тебя подобрали какие-то купцы и привезли сюда, но ты мало что можешь о них сказать.
Ты говоришь по-литовски?
— Нет.
Тем более. Главного зовут Ольгерд, а до остальных тебе дела нет. Теперь вот еще что: знай, что люди, которые будут тебя допрашивать, не новички в своем деле. Они будут тебя выводить из себя, чтобы ты в запальчивости проговорилась, начнут тебе угрожать, может, даже заговорят о пытке. Пытать тебя они не имеют права, ты не ведьма, так что не бойся их. Они наверняка попытаются подослать к тебе наушников, отправят тебя на исповедь — остерегайся всех, и исповедника в том числе.
Ответы давай по возможности короткие и, если понадобится, повторяй по сто раз одно и то же, не сочиняй новые детали. Это тоже хитрость: взять допрашиваемого измором. Помни, что в любом вопросе может заключаться ловушка, и обычно самые невинные вопросы как раз и являются ею. Один вопрос всегда ведет за собой другой. Уясни, чего от тебя хотят добиться, и не давай им запутать себя.
