– Проуожу́.
Он был Ильи на голову выше, а шире его – вдвое. Держался на полшага сзади, направляя и закрывая путь назад.
Конвоировал до лифта, нажал на предпоследний, встал к Илье лицом – в упор; приехали – у лифта еще двое бородатых борцов, но в форме, что ли, какой-то. Стволы у них были в открытых кобурах, здоровенные: «стечкины», кажется. Напоказ.
И у номера стояли люди, эти в костюмах, только рубашечный ворот расстегнут на бычьих шеях. Остановили Илью, обшмонали его, обхлопали, металлоискателем еще обнюхали. Не помог бы тут Илье его «макаров» ничем.
Наконец впустили.
Номер был безразмерный; из окон на ладони лежал храм Христа Спасителя, а прямо перед ним – полуостров «Красного Октября». Комнаты уходили анфиладой в обе стороны, как будто два зеркала друг против друга поставили, черта звать. Мебель резная и в позолоте: кресла, столики. Сидели трое серьезных мужчин, в черных прямых волосах седина, горбатые носы. В глубине, в комнатах, слышны были еще голоса: говорили на гортанном, смеялись на вороньем.
К Илье обернулся один. Остальные глядели футбол в плазме. Футбол, не новости.
– Я Магомед. От Хазина?
– Да. Я за деньгами.
– Полтора кило?
– Будет полтора. Сначала деньги, – твердо сказал Илья.
– Иса, дай деньги ему.
Подошел молодой вертлявый в рубашке, в руках красный пакет «М-Видео», легкий на вид. Илья напрягся: ждал объемистого, спортивной сумки почему-то.
– Сколько там? – стараясь спокойно, спросил он.
– Сколько положено, двести пятьдесят евро, – улыбнулся Иса. – Че, считать будешь?
И просто отдал Илье пакет.
Илья заглянул: стянутые вакуумом пластиковые пачки, все набитые фиолетовыми полотнами. Он таких никогда не видел, вытащил на свет. Бумаги по пятьсот евро. Такие бывают? Если бывают, то в пачке полтинник, а в пяти пачках – двести пятьдесят. Вакуум.
Кивнул. Начал отходить.
– Отвезу деньги, потом он привезет товар.
– Давай, давай, – сказал Магомед. – Ехай. И скажи ему, чтоб телефон включил.
– У него выключен?
– И скажи ему еще, что если он еще раз с нами сыграет игру, как тогда, ассалям алейкум ему будет.
Ну он знает, – лениво, равнодушно протянул Магомед.
– Я передам.
– Скажи, мы его пробили нормально. Про отца все знаем. Нам насрать на его отца, скажи.
– Ясно. Я курьер просто."
"– Вот и передай это все, курьер. Передай, если товара не будет через три часа, будем по-жесткому с ним рамсить. Крыша не поможет, скажи.
– Хорошо.
– Я ему отправлял сегодня эсэмэску, он не отвечает что-то. Тебе отвечает?
– Я без телефона тут.
