Он будто бы точно знал, что это так. И не будто бы. Потому что когда Киллиам осторожно коснулся моего колена, готова поклясться, что ощутила его нервозность.
— Так это правда, — бесцветно произнесла, чувствуя всё ещё неясную обиду.
— Да что происходит? — начал терять терпение оборотень, но при этом, ничуть не повышая голоса. — Ты только что излучала такую чистую радость, а сейчас будто хоронишь себя заживо.
— Мы пара? — спросила в лоб, не желая ходить вокруг да около. Мои слова можно было понять и в более простом смысле, но отчего же Киллиам впервые на моей памяти так сильно растерялся? А затем, взяв себя в руки, он чертыхнулся и взлохматил свои волосы свободной рукой.
Поставив стакан рядом со мной, оборотень взял меня за руки и, крепко сжав их, сказал:
— Не так я хотел поговорить об этом.
— Получается всё неправда, — вдруг сорвалось с моих губ. — А я-то ещё гадала: с чего бы такому мужчине как ты, интересоваться такой, как я…
— Подожди, Вер…, — попытался перебить меня Киллиам, но из меня будто поток рванул:"
"— У тебя же просто не было выбора.
Да и у меня тоже. Что там за нас решило? Магия? Феромоны? Потоки ауры? Кого вы вините в том, что сами выбирать не можете? — истерически усмехнувшись, про себя порадовалась, что отошла подальше от скопления людей. Уж что-что, а поддаваться истерике на публике я просто ненавидела. — И что теперь с этим делать? Я же никогда не смогу стать знатной. А ты, судя по тому, что я знаю о парах, не откажешься от меня.
Потому ты постоянно и вертелся рядом.… А я, дура, подумала, что это… любовь…
Воздух закончился, и только поэтому мне удалось замолчать. Было стыдно за свою реакцию, но сдержаться оказалось выше моих сил. Просто жутко обидно, когда ты в кои-то веки отпускаешь себя на волю, а тебя вот так вот резко отбрасывает назад. Ну не могла я воспринимать явление пары как великое благо, потому что своими глазами видела, к чему оно приводит…
— Не плачь, — тихо произнёс Киллиам, и я ощутила, как он что-то стирает с моих щёк.
— Тебе нечего бояться. Люди не так чувствительны к феномену пары. Ты в безопасности.
— А ты? Ты в безопасности? Разве тебе не обидно? — шмыгая носом, запальчиво спросила, ведь меня сейчас волновала не только моя судьба. Я злилась и за “благословенного” оборотня тоже.
Тихо усмехнувшись, Киллиам притянул к себе мою руку, сжал пальцы и, поцеловав их, сказал:
— Нет, мне не обидно. Потому что я понимаю суть.
