А началось все с того, что мне предложили отвезти тело эмира в морг судебно-медицинской экспертизы. Хотя обычно мы этими делами не занимаемся. Это работа следственной бригады. Причем предложили таким тоном, будто это вопрос решенный и согласованный с начальником штаба сводного отряда. А оказалось, что не все так однозначно.
Я рассказал все, что знал, видел, и даже то, о чем думал, как о возможном варианте развития событий. Хотя конечная цель всех действий нападавших для меня скрывалась в густом тумане.
Я вообще не видел причины захвата стопроцентного «двухсотого». Майор Абдусалямов добавил несколько слов от себя, рассказав о звонке генерала Рамазанова из Следственного управления Следственного комитета республики.
Николай Николаевич не вел протокол. Он записывал разговор на диктофон, чтобы потом расшифровать запись, распечатать и позже дать нам с Абдусалямовым на подпись. Так Николаев делал и раньше, правда, при другом начальнике штаба. Но эта смена одного из действующих лиц не меняла его привычные методы работы.
Николаев был современным и не консервативным человеком. И потому умел пользоваться девайсами, которые существенно облегчали и его работу, и, особенно, участь допрашиваемых, потому что любой допрос, не только участника событий, но даже свидетеля, всегда сильно утомляет, как правило, именно оформлением протокола.
– Вопрос такой, – продолжил Николаев. – Когда вы выехали в Махачкалу, попадались ли вам попутные или встречные машины? Может, обогнали кого или вас кто-то обогнал?
– Ни одной машины, – признал я.
– Я на это тоже, товарищ майор, внимание обратил и удивился. Не в первый раз этой дорогой в это самое время езжу и никогда ее такой пустынной не видел.
– Значит, полиция перекрыла дорогу сразу, не дожидаясь начала действия…
– Сразу, как только мы выехали из ворот городка и миновали некую условную линию. Я так полагаю. Но у бандитов не было еще полной уверенности, что это именно мы едем. Очевидно, они ждали грузовик, поскольку обычно спецназ ГРУ пользуется грузовиками.
Там был момент, на который я обратил внимание. Человек в форме инспектора ДПС при нашем появлении посоветовался с людьми в форме ОМОНа. И только после этого решился нас остановить.
– Вы имели право не останавливаться. Что, на ваш взгляд, произошло бы, если бы вы не остановились?
– Предполагаю, что по нам готовы были стрелять. Причем с двух сторон. И люди в форме ОМОНа, и люди из внедорожника.
