Это тоже вариант. Ждали, что их вызовут после уничтожения офицера спецназа, видимо, по недоразумению, и не могли предположить, что здесь произошло в реальности. По их расчетам, я должен был ехать только с водителем. А водители обычно ездят безоружными. Похоже, что меня приговорили, но исполнить приговор не получилось.
– Ладно. Сильно с ними не конфликтуй. Постарайся никого не расстреливать. Если, конечно, не возникнет острой необходимости. Я звоню в ФСБ. Они обычно имеют возможность свою бригаду вертолетом высылать.
Им только до своего аэродрома доехать. Но они с «мигалками» по городу гоняют. Быстро прилетят. Жди. Если будут со стороны ментов какие-то каверзные вопросы, отсылай ко мне. Можешь даже мой телефонный номер дать. Запоминай… – Он продиктовал. – Я отвечу так, что больше спрашивать не захотят…
Я давно знаю, что у ментов существует своего рода клановость. Когда одни менты покрывают других. И если кто-то застрелил мента, то от других ментов ждать доброго и честного отношения к себе не приходится.
О снисходительности и обстоятельствах в этом случае лучше вообще не заикаться. Наверное, и майор Абдусалямов тоже знал эту отличительную особенность, когда московский мент горой встанет, чтобы отстаивать интересы коллеги по службе из Дагестана. И наоборот…
И потому меня удивило поведение ментовской бригады. Со мной уважительно поздоровались за руку, с моими солдатами тоже. Но до этого посмотрели на инспектора ДПС с майорскими погонами и на тела омоновцев, которых чуть не с разбега начал снимать на свою камеру фотограф оперативной бригады.
Объяснение со стороны руководителя следственной бригады старшего следователя подполковника Шахмарданова из республиканского управления МВД прозвучало почти сразу, меня оно вполне устроило, поскольку не обещало развития конфликта:
– Мы за этой бандой уже два месяца охотимся, – сообщил мне подполковник, широко и радостно улыбаясь во всю ширину своего, не скажу что узкого, лица. – Раньше они большегрузные фуры грабили. На разных дорогах.
И в Дагестане, и в Чечне. Обычные абреки, которые работать не хотят и не умеют. Они умеют только воровать и убивать. Теперь вот на риск пошли – решили на военную машину напасть. К нашему и вашему счастью и своему несчастью. Наверное, рассчитывали оружием поживиться. Или патроны к концу подходили. Где им запас пополнять? На склады их не пустят. Там охрана серьезная…
– Скорее всего, так дело и обстояло… – согласился я, не заостряя внимания на теле убитого эмира.
