Маскировка. Надежда на то, что горячее, оно будет светиться в прицеле. Мы выстрелим и успокоимся. На недоумков, психологи хреновы, рассчитывали. За зверем, видимо, окоп, в котором прятался бандитский снайпер. Винтовка была под трупом животного, в углублении бруствера. Скорее всего, снайпер сидел в окопе и постоянно в прицел не смотрел. Понимал, что при выстреле пуля может тело животного насквозь прошить. Сидел и шевелил трупом. Может, обзорность себе увеличивал, землю подкапывал или стволом раздвигал. А я думал, что это тело нас слышит и шевелится.
Когда мы отстрелялись, снайпер поднялся к винтовке. В это время Занадворов выстрелил. Я видел, как что-то бесформенное полетело в сторону. Похоже, разбитая пулей голова снайпера.
– С таким раскладом получается, что они знают наше оружие, – сделал я вывод. – По крайней мере, знают, что мы имеем тепловизионные прицелы.
– И автоматы с глушителями, – добавил сержант Занадворов.
– То есть понимают, что их засада уничтожена, – высказал свое предположение сержант Мослаков.
"
"– Выходит, так… – согласился я с очевидным. – И это автоматически значит, что они вооружены не хуже. По крайней мере, тоже тепловизоры имеют. И, скорее всего, не только снайпер. А это уже значит, что нам предстоит бой с противником, которого мы превосходим только численно и за счет боевой подготовки. Бандитов теперь осталось пять человек вместе с эмиром. У них нет школы, но есть природная хитрость и опыт боев на Ближнем Востоке. Рассчитывать на то, что они сдадутся, не приходится.
Не те это парни. Уйти им некуда. Ущелье не имеет второго выхода. Если только через хребет перелетят, но вертолет они, кажется, не заказывали. По крайней мере, у нас в отряде я о таком не слышал. А крылья у них вырасти не успели. Будем добивать. Мослаков, сколько, по твоим подсчетам, осталось до базового бандитского лагеря?
– Думаю, не больше трехсот метров.
– Примерно правильно ориентируешься. По моей карте на планшетнике – двести семьдесят шесть метров. Это от передового дозора. Если снайпера выставили, значит, могут и сами выйти ближе.
Значит, бой может возникнуть вот-вот… Занадворов! Держи под присмотром винтовку убитого снайпера. За ней может кто-то подойти.
– Я уже присматриваю, товарищ старший лейтенант, – сержант Занадворов свое дело знал хорошо и понимал, какую работу ему следует выполнять, не дожидаясь командирской подсказки. И это было уже далеко не в первый раз. Опыт снайпер имел основательный, думаю, даже больший, чем опыт бандитов.
