– Ты бы еще картошку в них таскал, – кричала Лёка еще тогда, когда ей было дело до его карманов, – покупал бы в овощном картошку и ссыпал себе в карманы!
С тех пор прошло триста лет. Триста лет и три года. Может, даже с половиной.
– Чем тебе помочь?
– Вот смотри. Человек – женщина – приезжает в Питер в командировку.
– Молодая и прекрасная?
– Что? А, да. Молодая и прекрасная. У нее есть задание – передать документы и получить подпись. Ну, и сразу вернуться.
– Так.
– В Питере она пропадает.
– Как?! – неторопливо удивился Платон Легран.
– Совсем?! Испаряется? Дематериализуется?
– Не перебивай меня. – Лёка дернула плечом. – Никто не знает, как она пропадает. Но если она пропадает… криминально, это дело милиции.
– Безусловно.
– Но пока до милиции не дошло, мне хотелось бы ее найти.
– Зачем?
– Меня шеф попросил, – почти не соврала Лёка, – Андрей Владимирович.
– Спятил твой Андрей Владимирович.
– Платон!
– Чего?
– Вчера мне удалось выяснить, что она приехала сюда, в «Англию», сломала ноготь, подняла бузу, почему-то отказалась идти на маникюр к здешней маникюрше, а потребовала, чтобы ее записали в салон красоты… в городе.
А потом – фьють! Выехала из отеля. С тех пор ее никто не видел, и на связь она не выходит.
– То есть, сколько она здесь пробыла?
– Говорят, часа три, а потом все.
Платон Легран немного подумал.
– А отель у нее на какой срок забронирован?
– На две ночи и три дня.
Он еще подумал.
– Знаешь, Лёка, – произнес он задумчиво и потянул из пачки сигарету, – я бы так сказал: если ее не увезли силой…
– Нет, сама уехала!
Он не обратил на нее никакого внимания.
"
"– …если не силой, значит, у нее была какая-то веская причина уехать. – Он покрутил рукой с зажатой в пальцах сигаретой. – Ну, я не знаю! Романтическое свидание, понимаешь? Она же не так чтобы принцесса датская, то и дело посещающая пятизвездочные отели! Вот ты бы отсюда по своей воле выехала до срока? Если у тебя здесь все оплачено?
– Пожалуй, нет, – сказала Лёка задумчиво. – Пожалуй, ты прав.
– И поэтому она на маникюр здесь не согласилась.
У нее было назначено свидание, и она не могла опоздать. Маникюр, как я понимаю, мог ее задержать. Очевидно, она ждала какого-то звонка, дождалась и уехала. Уж куда уехала, на маникюр, или, может, в загс, или еще куда, это установить сложно.
– Но можно?
– Лёка, ты серьезно?
– Я совершенно серьезно, Платон!
– И поэтому этот начальник службы безопасности с тобой прилетел? Чтобы провести частное расследование?
И Лёка опять соврала.
