Встаёт к плите, разогревает котлеты.
— В прошлый раз Алина, небось, ещё кормила?
С трудом сглатываю. Еда вдруг становится безвкусной.
— Ну, что молчишь? — мама поворачивается ко мне.
— Я так понимаю, ты в курсе, что произошло? — спрашиваю, не глядя на неё.
— Да! — кивает. — Поверить не могу, что ты так поступил с девочкой!
— Мам, так нужно было, чтобы докопаться до истины…
— Докопался? Доволен? — она качает головой. — Она не дура! Неужели нельзя было её предупредить о своих многоходовках?
Молчу, потому что сказать мне на это нечего.
— Ох, был бы ты помладше! — сердито грозится матушка. — Такого бы ремня получил!
С трудом сдерживаюсь, чтобы не заёрзать на стуле. Да уж, есть свои плюсы в том, чтобы быть взрослым.
— Мам, мне и так хреново, — выдыхаю устало, тру ладонью лоб.
— Можно подумать, Алина всё это время наслаждалась жизнью, — прищуривается она. — На бедной девочке лица не было, если б ты только…
— Ты её видела?! — подскакиваю с места так резко, что роняю стул.
— Запрыгал, запрыгал, вы поглядите только на него, — мама снова упирает руки в бока, — раньше думать надо было!
— Мама, когда ты её видела? — впиваюсь в неё взглядом.
Она какое-то время молчит, поджав губы, но потом всё же говорит:
— В самый первый день после пожара.
— Ясно, — снова сажусь, накатывает безнадёжность. Слишком давно.
— Полкан, я тебя не узнаю, — мама присаживается напротив, смотрит внимательно. — Мой сын никогда не сдавался, — усмехается по-доброму. — Почему вдруг сейчас ты сидишь с таким видом, словно… не знаю, словно она уже замужем за другим и беременна тройней?
— Скажешь тоже, — бурчу себе под нос.
И в ту же минуту вспоминаю. Есть ведь ещё один вариант, у кого я могу узнать… Может быть, за соломинку хватаюсь, но… почему бы не попробовать?"
"— Вижу по твоему лицу, что у тебя появилась идея, — улыбается мама. — Иди. И без Алины в гости лучше не приходи, иначе точно ремень в руки возьму.
Узнать адрес Добрыниных мне не составляет труда. Дело уже близится к вечеру, когда я доезжаю до коттеджного посёлка и нахожу нужный дом.
Паркую машину, выхожу. Здесь охраняемая территория, и дома не обнесены глухими заборами. Немного напоминает европейский стиль — перед каждым коттеджем небольшой палисадник, отгороженный от дороги деревьями, а сами земельные участки расположены с задней стороны домов.
В сумерках иду по мощёной дорожке к входной двери, нажимаю на звонок. Дверь мне открывает хирург.
— Явление из прошлого.
