Энтони без труда перемахнул через садовую ограду и очень вовремя сумел заметить, как из-за угла здания показался второй охранник – Ройс. Энтони упал за кусты и лежал неподвижно, пережидая, пока телохранитель совершит обход территории. Когда Ройс скрылся из виду, Энтони двинулся к дому. Он успел увидеть часть помещений своими глазами, а кроме того, еще днем изучил план здания и потому легко нашел вход для слуг. Вот та самая лестница, которая ведет на второй этаж. Уже второй раз за сегодняшний вечер шел он по темному коридору мимо множества закрытых дверей.
Вот и альков, где так недавно он прятался, наблюдая за миссис Брайс. Эта ниша внушала ему определенные опасения: один из телохранителей вполне мог устроить там засаду на незваных гостей, – но все обошлось, ниша оказалась пуста. Охранники патрулировали здание и сад, а все слуги были заняты; когда дом полон знатных гостей, работы мало не бывает.
Энтони достиг конца коридора и открыл дверь хозяйской спальни. Проскользнув внутрь, он некоторое время стоял неподвижно, осваиваясь в пространстве, полном теней и призрачного лунного света.
Столбридж тщательно изучал Гастингса уже более года, и теперь, наконец, сможет подтвердить или опровергнуть результаты своих наблюдений и умозаключений. Отогнув угол ковра, он обнаружил сейф именно там, где и ожидал. Энтони даже не нужен был свет. Человек, желающий открыть сейф «Аполло», или, вернее, желающий его взломать, должен полагаться не на зрение, а на знания и осязание."
"Столбридж извлек из кармана специальный набор инструментов, за который заплатил немалые деньги искуснейшему мастеру в Бирмингеме.
Металлические палочки и крючочки самых удивительных форм своей точностью и тонкостью походили на хирургические инструменты. Сейф открылся быстро и бесшумно. Откинув тяжелую металлическую дверцу, Энтони увидел перед собой темный провал. Он не мог рисковать, зажигая свет, поэтому запустил в черное нутро железного ящика обе руки и выгреб все его содержимое. Затем разложил предметы на ковре в полосах лунного света.
Там оказалось четыре бархатных мешочка, в каких обычно хранят ювелирные изделия, пачка документов, конверте с четырьмя письмами и пять переплетенных в кожу тетрадей. Он начал именно с этих тетрадей и сразу же понял, что четыре из них написаны не Гастингсом или его женой, но другими людьми. Пятая тетрадь оказалась чем-то вроде бухгалтерской книги и содержала записи о поступлении средств от людей, чьи имена обозначались лишь инициалами.
