Но упоминание о священной роще растревожило память, вытащило со дна что-то очень старое, даже по моим стандартам.
Я не хотел разговаривать об этом с Мэг, не обдумав предварительно все как следует. Ей и без того хватало причин для беспокойства. К тому же после случившегося накануне вечером я воспринимал свою юную хозяйку с куда большей настороженностью.
Я посмотрел на кольца на ее пальцах.
– Значит, вчера… эти мечи. И не надо так делать.
Она сдвинула брови к переносице.
– Делать как?
– Так, что ты закрываешься и отказываешься разговаривать.
У тебя даже лицо каменеет.
Мэг сердито надула губы.
– Ничего у меня не каменеет. У меня есть мечи. Я ими дерусь. Так что?
– А то, что тебе стоило вспомнить об этом раньше, когда мы схватились с чумными духами.
– Ты же сам сказал, что тех духов нельзя убить.
– Не уводи разговор в сторону. – Я раскусил ее, потому что сам освоил эту тактику много столетий назад. – Твой бойцовский стиль, с двумя изогнутыми клинками, – это стиль димахера, гладиатора времен поздней Римской империи.
Но даже тогда он применялся редко, потому что освоить его было крайне трудно, и он считался одним из самых опасных."
"Мэг пожала плечами. Жест красноречивый и эффектный, но мало что объясняющий.
– Твои мечи из имперского золота. Это указывает на римскую подготовку, а значит, тебе лучше подошел бы лагерь Юпитера. С другой стороны, твоя мать – Деметра, богиня греческая, а не римская Церера.
– Откуда ты знаешь?
– Не считая того, что я бог? В Лагерь полукровок тебя определила Деметра.
Это не случайность. К тому же ее более древняя, греческая форма намного сильнее. И ты тоже сильная.
Она тут же закрылась и насторожилась так, что я бы не удивился, если бы с неба низринулся Персик и принялся рвать мои волосы.
– Я с мамой никогда не встречалась. И кто она такая, не знала.
– Тогда откуда у тебя мечи? От отца?
Мэг уже поломала вафлю на мелкие кусочки.
– Нет. Меня воспитывал отчим.
Он и дал мне эти кольца.
– Отчим. Отчим дал тебе кольца, которые превращаются в имперские золотые мечи. Что же это за человек…
– Хороший человек, – бросила она.
В ее голосе прозвучала сталь, и я не стал развивать тему. В ее прошлом крылась какая-то большая трагедия. Но я опасался, что если буду слишком настойчив со своими расспросами, то могу обнаружить золотые клинки у своего горла.
– Извини.
– Мм-хм. – Мэг подбросила в воздух кусочек вафли.
