– Можно мне называть тебя Мамой?
Ее рот довольно запузырился пеной.
– Аполлон, – окликнула меня Мэг, – пойдем отсюда поскорее, пока она не передумала.
Я не разделял ее опасений. По-моему, она приняла мою присягу на верность, а нас – в свой выводок. Но Мэг была права в другом: время поджимало. Провожаемые взглядом Мамы, мы обошли кладку яиц и углубились в туннель. Вверху мерцал дневной свет.
29
Факелов кошмары
Человек в лиловом
Но это не самое худшее
Никогда еще я не был так рад, что вижу поле смерти.
Мы вышли на поляну, устланную разбросанными костями. Большинство этих костей принадлежало лесным животным. Некоторые напоминали человеческие. Вероятно, мы наткнулись на свалку мирмеков, которые, судя по всему, вывозили свой мусор не слишком регулярно.
Деревья, окружавшие поляну, стояли так тесно, кроны их переплелись так плотно, что пройти между ними было практически невозможно. Зеленый купол у нас над головой пропускал лишь солнечный свет и почти ничего больше.
Пролетавший над лесом никогда бы не догадался, что под этим пологом существует открытое пространство.
В дальнем конце поляны стоял ряд фигур, похожих на футбольные манекены, – шесть белых коконов на высоких деревянных кольях и пара громадных дубов, слева и справа. Каждое дерево достигало в высоту, по крайней мере, восьмидесяти футов, и массивные их стволы как будто срослись. Впечатление было такое, словно я смотрю на живые двери.
– Это ворота. В рощу Додоны.
Кривые клинки Мэг убрались, снова превратившись в золотые колечки на средних пальцах.
– Разве мы не в роще?
– Нет… – Я смотрел через поляну на белые коконы, напоминающие мороженое на палочке. Расстояние скрадывало детали, но что-то в них казалось знакомым. Знакомым в связи с чем-то нехорошим. Во мне боролись два желания – подойти поближе и держаться подальше. – Думаю, это что-то вроде передней. Сама роща – там, за теми деревьями.
Мэг настороженно посмотрела через поле.
– Не слышу никаких голосов.
Она была права. Лес притих, деревья словно затаили дыхание.
– Роща знает, что мы здесь, – предположил я. – Ждет, что мы будем делать.
– Тогда надо что-то делать. – Радости в ее голосе не слышалось, но она шагнула вперед, и кости захрустели под ногами.
Лук, пустой колчан и хриплый голос – не самый лучший арсенал для самозащиты, но я все же последовал за ней, стараясь не споткнуться о грудную клетку и не зацепиться за оленьи рога.
