И быстро, уверенно выпаливаю:
– Мне надо полчаса, чтобы высушить волосы, и мы можем ехать в клуб.
Я помню, что мой срок заканчивается.
Эмин ничего не говорит. Подходит ко мне, вновь окутывая своим терпким, приятным ароматом. Я не знаю, чем он пахнет. Несколько раз пыталась прочитать этикетку на его одеколоне. Но там настолько мелкий шрифт…
Сглатываю, когда его ладонь поднимается. В руках у него коробочка с каким-то лекарством.
– Пей, – летит требовательно и сухо.
Я хмурюсь, но принимаю её из рук.
– Знаешь, как-то после двух раз, когда меня пытались опоить, я всё же рискну спросить… – прокручиваю её в руках.
Мне название ни о чём не говорит. – Это что?
– Абортивные.
Поднимаю взгляд вверх, на его напряжённое лицо. Челюсти сжаты, глаза не выражают ничего. Обычно в них желание, горит какой-то огонёк, а сейчас… Ничего.
– Ты что? В меня?.. – выпаливаю, хотя не хотела говорить об этом вообще.
– Да, поэтому пей.
– Ты серьёзно? – всё ещё недоумеваю.
Почему из-за его ошибки я должна травиться?
– Ты взрослый мужчина, Громов.
Почему из-за твоей ошибки я должна?..
Не договариваю. Внутри злость кипит.
Нет, я тоже дура, виновата… Но блин! У меня первый раз был. Больно, потом приятно. Я после первого оргазма уже как в пелене была. А он нормальный?! Сам хоть понимает, что натворил?
Я выпью. Сама знаю, что надо. Лучше сейчас, чем потом идти и делать аборт. Я уже наслушалась, что после него можно и никогда не забеременеть.
Я хоть и не планирую детей, но… Это ведь не сейчас!
Шелест упаковки и его пальцы на моих губах приводят в чувства.
Нажимает на мою нижнюю губу, протискивает палец к зубам. Я не сопротивляюсь, открывая рот. Чувствую на языке таблетку.
– Я знаю. Если не хочешь в двадцать стать матерью – пей.
Стискиваю зубы прямо на фаланге. Делаю больно.
Бесит.
Отстраняюсь от него, выпускаю палец изо рта. И отворачиваюсь к зеркалу, чтобы взять бутылку воды.
– Яр-ра, выкинешь что-то – пожалеешь.
Он говорит грозно, устрашающе. Так, что ноги на мгновение слабеют. Но я хватаю бутылку, откручиваю крышку.
И демонстративно показываю язык с таблеткой. Быстро всё запиваю, проглатываю.
– Показывай рот.
Господи… Дотошный.
Он не доверяет мне?
Или так сильно не хочет детей? Ему уже тридцать пять. Пора бы.
Ладно, чёрт с ним.
Приоткрываю губы, показываю, что ничего нет.
Так и хочется напугать его, сделать вид, что выплёвываю. Пусть катится опять в аптеку. Но ладно. Я не хочу становиться матерью.
– Боишься стать папочкой? – всё же лезет из меня.
