Встаю с кровати, собираю волосы в гульку на голове. Так. Мне неважно, где он, мне плевать, что будет дальше.
Уговариваю себя, а сама надеюсь, что он не придёт именно сейчас.
Надо перевести дыхание, успокоиться.
И сходить в душ.
Обматываюсь одеялом и аккуратно, почти беззвучно выхожу из его комнаты. Добираюсь до своей спальни и направляюсь в свою ванную. Не смогу мыться его гелем для душа. Его запах и так стоит в ноздрях, хотя его нет рядом.
Скидываю одеяло на свою кровать.
Оказавшись в ванной перед большим зеркалом, рассматриваю невольно своё тело.
Губы чуть припухли, грудь… Соски словно горят, пребывая в возбуждённом состоянии. Ниже боюсь даже смотреть. На внутренней части бёдер кровь. Как и между ног.
Отвратительно…
Прикрываю глаза и лезу в душ. Купаюсь, смывая кровь и прикосновения Громова со своего тела. Перекрываю его запах своим гелем для душа. И с облегчением выдыхаю.
Блин.
Сжимаю пальцы в кулаки, врезаясь ногтями в нежную плоть.
Что я наделала? Нужно было сказать чёткое «нет».
Воспротивиться. А вместо этого… совершила ошибку. Почувствовала такое наслаждение, которое не испытывала никогда в жизни…
Я не жалею… Просто сомневаюсь.
Не знаю, как себя вести.
Он – друг моих родителей.
А мы… так поступили.
Мотаю головой, и капли от мокрых волос летят во все стороны. Уже прохладные, попадающие на грудь. И твёрдые соски отзываются на прохладу. Прямо как на вчерашние касания Эмина.
Да твою мать!
Зло вылезаю из ванной, одеваюсь. Надеваю трусы, решив, что больше никогда не сниму их в этом доме.
Буду купаться в них! Но ни за что не останусь без!
Посматриваю на свою домашнюю одежду из розовых шортиков и майки. И уже сомневаюсь, чтобы это надеть. Да мне просто нечего! Почему я вообще должна страдать из-за того, что он член в штанах держать не может?
Просовываю ноги в шорты, накидываю майку. Сушу волосы полотенцем и выхожу из комнаты. Останавливаюсь у тумбочки, беру любимое масло. Натираюсь, всё ещё чувствуя на себе ЕГО запах.
Массирую шею и буквально на секунду теряюсь, вспоминая, как он держал меня за неё, чуть придушив.
Знаю, что играть с ним нельзя, но…
Не понимаю, что со мной."
"За спиной внезапно раздаётся щелчок, и я вздрагиваю. Поднимаю взгляд в зеркало и натыкаюсь на фигуру Громова. Конечно, он проснулся раньше. Искупался, судя по свежему виду. Уже куда-то съездил.
И теперь грозной походкой идёт в мою сторону.
От нервов поворачиваюсь к нему, боясь стоять спиной.
