– Рад стараться, господин полковник, – вытянувшись, бодро отрапортовал Корецкий и, чуть поморщившись, принялся сворачивать свои чертежи. Находившиеся в кабинете офицеры поспешили выйти.
– Все еще беспокоит рана? – участливо спросил полковник, заметив его мину.
– Нагибаться сложно. Сразу тянуть начинает, – нехотя кивнул тот.
– Может, вы поспешили из больницы уйти?
– Да бог с вами, господин полковник, сколько ж валяться можно, – бледно усмехнулся штабс-капитан.
– Что это вы так официально, Игорь Степанович? Мы вроде одни остались, – удивился полковник, доставая папиросу.
– Случилось что? Может, помощь какая требуется?
– Даже не знаю, как и сказать, – вздохнул Корецкий и, оставив чертежи в покое, присел к столу.
Достав портсигар, он закурил и, сделав пару глубоких затяжек, снова вздохнул.
– Да вы расскажите все, как есть, Игорь Степанович. Даю слово, если чем могу, сделаю все, – осторожно подтолкнул его полковник.
– Благодарю, Александр Ефимович, – кивнул штабс-капитан и, снова затянувшись, негромко поведал: – С того дня, как на нас напали, с Аннушкой моей творится бог знает что.
Даже не так. Само нападение она пережила можно сказать спокойно, а вот потом… – Он замолчал, сминая папиросу в пепельнице. – Понимаешь, Саша, я просил ее отблагодарить того парня, что умудрился спасти нас таким радикальным способом. Спустя три дня после того разговора девочка встретила того парня, причем в паре с местным урядником. Аннушка не нашла ничего лучше, чем предложить ему десятку ассигнацией… – Он замолчал, словно пытаясь подобрать слова.
– Догадываюсь, что он ей ответил, – неожиданно вздохнул полковник.
– Сомневаюсь, – бледно усмехнулся штабс-капитан.
– Думаю, он не взял денег, заявив, что не нуждается в них, – ответил полковник, с интересом наблюдая за реакцией своего шурина.
– Ты знал?! – обомлел от удивления Корецкий.
– Нет, Игореша. Об этой истории я ничего не знал. Но я только вчера вернулся из поездки в тайгу, где, как ты знаешь, сумел договориться с одним местным племенем о патрулировании наших тылов.
И могу тебе сказать прямо, что если бы не тот самый парень, ни хрена бы у меня не вышло.
– Так, Саша. Зная тебя и то, что ты старательно избегаешь крепких выражений, могу решить, что ты действительно находишься в состоянии крайнего изумления и полном расстройстве чувств. Угадал?
– Полностью, – хмыкнул полковник. – Признаюсь тебе, что я так часто еще никогда не удивлялся. Знаешь, кто его заимку охраняет?
– Кто? – насторожился штабс-капитан.
– Медведь.
