Загбой услышал своё имя, вытянул голову, насторожился, узнал знакомый голос: не почудилось ли? Но судьбу испытывать не стал, пусть немного угомонятся, может, пронесёт…
Но нет, не пронесло. Открылась дверь, осветилась комната, впереди всех появилась Нюрка, встала на четвереньки, завопила довольным голосом:
— Вот он! Держите его! Ишь, спрятался! Чего захотел?..
Делать нечего, пришлось выбираться из-под кровати. На всякий случай прихватил с собой какую-то одежку. Вылез, стал приглядываться к лицам мужиков и… Глазам не верит! Перед ним — знакомые люди, братья Вороховы: Филька-чёрт, рядом Максим, Иван, чуть в стороне, на культе Егор.
Только и смог выдохнуть:
— Эко! Не снится ли?
Но нет. Филя распростёр объятия, сжал его на своей груди:
— Наконец-то пришёл в себя! Эх, ну, здравствуй, дорогой ты мой Загбой Иванович!
— Филька-чёрт! Ты ли это?
— Я, а кто же боле?
— А это ты, Игорка?
— Я, кто же боле… — отвечает Егор, а сам тут же, со смешком: — А как это ты в Нюркиной комнате очутился?
Смутился Загбой, опустил голову, стал оправдывать:
— Дык вот, олочи потерял, ищу…
— Какие же это олочи? — взвизгнула Нюрка.
— Это же моя ночная рубашка!.. Это он сам комнаты перепутал…
— И запор с внутренней стороны открыл тоже сам? — с усмешкой спросил Егор.
Смутилась Нюрка, выскочила за дверь. Все дружно засмеялись ей вслед. Знают, что она женщина любвеобильная, горячая, и за свои тридцать лет сменила трёх мужей.
А Вороховы продолжают обнимать Загбоя: то Егор по-медвежьи прижмёт, то Филя захрустит его позвонками.
А тут ещё молодые парни, уже не знакомые следопыту, забежали в комнату, трясут ладони. Все искренне рады встрече, не то, что Набоков. Хоть и пролежал Загбой у братьев два дня в бреду в беспамятстве, а настоящая встреча произошла только сейчас. И неизвестно, кто больше всех рад: эвенк или братья. За годы таёжной жизни Загбой помог всем.
Егор волнуется больше всех. Видно, что и сегодня он имеет главенствующий голос, гаркнул на весь дом:
— Эй, Марья, где ты? Ну-ка, сбегай за духтором Анофриевым! Пусть моего друга посмотрит, как он, жив-здоров ли…
Загбой скромничает:
— Эко, делов-то! Заживёт, как на собаке…"
"— Но-но, — напущенно трясет пальцем Егор.
— Это в тайге у себя распоряжайся, а здесь я хозяин. Порядок есть порядок. Пусть наука глянет, что да как. А по-своему будешь сам потом лечиться. — И уже к Филе: — Правда ли я говорю?
Тот широко улыбается:
— А то как же! Ты всегда прав, братуха.
