– Нас будет сильно трясти, если что хватайся за ремень. Ясно?
Хотела ответить, но он пальцем прижал мои губы, а потом отсел, долго не сводя взгляда, и хлопнул водителя по плечу. Странное плавучее средство взревело и довольно резко помчалось в противоположную от буксира сторону. Я вжималась в кресло, потому что это мало походило на тряску. Меня швыряло так, что воздух вылетал из легких.
Я уже хотела подняться, чтобы посмотреть, где мы, но Лазарь тихим движением руки прижал меня снова к сидению.
Конечно! Он просто не хотел, чтобы я видела дорогу.
Какая же я идиотка! Боже! Да что я могла разглядеть в темноте, да еще посреди широченной реки.
– Сука ты, Лазарь! – одними губами прошептала я и надвинула капюшон, как можно ниже, чтобы не видеть эти смеющиеся карие глаза, прожигающие своей напряженной пытливостью.
Сон как рукой сняло. Возбуждение вновь и вновь пробегало по телу мелкими мурашками. Хотелось кричать, бить стекла! Только он научился выводить меня из себя, хотя бы мысленно. Этот чертяга с темными, как ночь в аду, глазами ворвался в мою привычную жизнь, словно ураган.
Его вечно самодовольно – улыбчивая морда преследовала меня всегда и везде, будь то ночной клуб или дорогой ресторан. Черт! Да откуда он взялся-то?
Вдруг «Амфибию» подбросило вверх, шум воды исчез, уступив место тихому шуршанию снега. Видимо, это странная машина может передвигаться, как по суше, так и по воде. Но мне было все равно. Пусть везут, куда хотят. Главное – чтобы там было тихо, и можно было выспаться…"
"Я и не заметила, как уснула, потому вздрогнула, когда услышала довольно громкие голоса.
Вскочила, но тут же отпружинила назад, удерживаемая крепкой хваткой ремней безопасности. Кое-как справившись с цепкими привязями, я встала, осторожно выглядывая наружу. «Амфибия» была пришвартована у длинного причала, а на берегу стоял Лазарь в окружении нескольких мужиков. Они смеялись и что-то громко обсуждали. Сумки, поддерживающие меня, исчезли. Видимо, мы приехали.
Тело затекло, поэтому я не без усилий встала в невысоком салоне лодки и вышагнула на деревянную поверхность пирса.
На темном небе еще кое-где виднелись звезды, но безжалостные разводы рассвета грозились уничтожить ночное спокойствие. Подойдя к краю пирса, я осмотрелась: везде была вода и россыпь абсолютно безлюдных островков с высокими деревьями, служившая плотным кольцом безопасности от постороннего глаза. Напрягла зрение, но предрассветная дымка искажала расстояние, было непонятно, смогу ли я доплыть туда.
