И вдруг с нее эту шубу кто-то сдирает, и она остается совершенно голой в толпе покупателей. Потом она идет по незнакомому городу, состоящему из одних кружевных башен, и понимает, что это Париж Она ищет Лувр, но попадает в обувную мастерскую, куда сдала вчера свои летние босоножки. Огромный волосатый мужик возвращает ей босоножки, но они без подметок. И она плачет. Это так ужасно, что она просыпается. На улице уже светло. Но машины шуршали редко, и Татьяна Петрова догадалась, что еще очень рано. Она встала, посмотрелась в зеркало, и заметила, синие круги, что легли под ее глазами, а морщины на щеках стали глубже и резче.
Она взглянула на часы. Они показывали семь утра. Голикова в ночной рубашке подошла к окну и увидела лавочки автомобильного рынка и раннею суету продавцов. «Господи, как много черных развелось в Москве», подумала она. «И все они нахальные и богатые». Но потом вспомнила чеченскую женщину с ребенком, что каждый день стоит у метро и просит милостыню, и раздражение против кавказцев отступило.
Татьяна Петровна после пенсии всегда давала чеченке рубль. Она точно не знала, какой национальности эта несчастная мать. Знала только, что та из Чечни, поэтому, про себя звала ее чеченкой.
Наглядевшись в окно, она отправилась на кухню, залила водой чайник, достала чашечку с нарисованной земляничкой и листиком, и поставила на стол. Но огонь под чайником зажечь забыла.
Ровно в девять зазвонил телефон. Татьяна Петровна уже решила, что откажется от предложения.
Она сняла трубку, чтобы категорично и четко отказаться, но услышав звонкий голос Норы, неожиданно для себя самой, согласилась.
– Через пол часа спускайтесь вниз. Я подъеду и вас заберу. Не забудьте паспорт. – Весело прощебетала Нора. Голикова оделась в белую кофточку, черную юбку и синий жакет. Так она ходила в официальные учреждения. Постояв в прихожей, женщина вздохнула, и вышла из квартиры. Обыкновенной московской пенсионеркой, она спускалась по своей лестнице в последний раз.
Шикарный черный лимузин с водителем в малиновом пиджаке, привез Голикову в нотариальную контору. Эта контора находилась в полу подвальчике, где в конце длинного коридора имелась дверь с надписью «Нотариус». Нора заглянула в дверь, обворожительно улыбнулась и кивнула Татьяне Петровне. Они вошли в маленький кабинет, где за большим письменным столом сидела молодая женщина лет тридцати трех. Перед ней стоял компьютер, и лежала стопка папок.
