– Еб! Да ты совсем уже охренела?! Ты что творишь?! – меня до самых косточек прошибает дикий рёв, напоминающий рык разъярённого медведя Гризли.
Всё.
Бежать!
Со всех ног!
Что я и делаю.
Адам снова пытается.
В следующий раз десять раз тщательнее буду проверять работоспособность замка, обязательно до того, как сниму с себя трусики и залезу в душевую.
А сейчас мне лучше закрыться на замок в своей комнате…
* * *Жалею ли я о том, что убила его телефон?
Как-то нет… Не поджирает совесть.
Я жалею о другом!
Что не сняла видео, как гавнюк дрочит втихаря.
Был бы компромат. Но тогда я ведь не знала, что меня ждёт в будущем…
Козёл!
Это он первым начал.
Он начал войну!
Начиная с того момента, как облил меня грязью из лужи, так теперь вот это! Пробрался ко мне в ванную и сфоткал голую!
Это хорошо, что я еще не пела в душе…"
"Проблема в том, что после этого Адам ещё сильнее будет мечтать о том, как же меня прибить! Каким самым мучительным, изощренным способом.
Мы встретились на следующий день, благо родители были дома.
Мы только взглядами столкнулись. На расстоянии. За ужином. После чего я проследовала в свою комнату. Точнее ноги сами меня туда понесли. Прошло пару дней, моя самоуверенность куда-то исчезла, её место занял страх. Адам меня игнорировал. Но вместо этого, я стала чаще слышать глухие удары и животные рыки, которые доносились со стороны спортзала. Мой сводный Ад начал тренироваться в два раза чаще. А по ночам… Я слышала вздохи и стоны за соседней стенкой. Обезумевший от этого парня мой больной мозг рисовал мне самые пошлые и дикие фантазии.
От этого понимания дурацкие трусики становились ужасно мокрыми.
Дальше начинаются непростые учебные будни. Мы по-прежнему с Адамом держим дистанцию. Он еще пока не придумал план мести. Наверно тщательно над ним работает. Но я соблюдаю осторожность и стараюсь не высовываться из комнаты. Мама находится дома, поэтому он ко мне ближе, чем на метр не подходит. Сейчас мне лучше сосредоточиться на учёбе!
От подачек Юрия я напрочь отказалась.
Я получаю стипендию, но даже мелкие расходы в ВУЗе бьют по кошельку, а ведь я сейчас не работаю. Живу не те деньги, которые откладывала на съёмное жильё. Из-за непонятной ситуации с финансами я не могу съехать, но что-нибудь обязательно придумаю. Плюс мама умоляла меня пожить пока с ними, поддерживать её. Да, я переживаю за маму. Ей ведь не двадцать, даже не тридцать, её организм сейчас испытывает колоссальную нагрузку.
Пока я не могу найти работу с удобным графиком.
