Будешь шампанское?
Не дожидаясь ответа, Степа схватился за горлышко бутылки и… уронил ее, пробка с оглушительным взрывом вылетела, за ней рванула белая пена, и через пару мгновений пол был покрыт пузырящейся лужей.
Ксения на автомате открыла дверцу под мойкой, схватила тряпку, вытерла плитку и сказала:
– Не переживай, в баре полно спиртного.
– Ловко ты полы моешь, – похвалил Степа, – а моя сестра не знает, с какого конца к швабре подойти.
Ксюша постаралась удержать на лице улыбку. Вот на таких мелочах и ловят шпионов! Разве богатая девушка бросится сама устранять безобразие? Конечно, нет, она позовет домработницу или зарыдает при виде лужи.
А она продемонстрировала усердие Золушки! Ну не дура ли! Немедленно надо исправить ситуацию!
– Терпеть не могу горничных, – скривилась Ксюня, – косорукие неумехи! Ни разу нормальная не попалась! Сколько они мне свитеров испортили! Вчера я очередную выгнала, уж лучше самой полы мыть!
– Моя мама тоже постоянно прислугу меняет, – кивнул Степан. – У тебя в баре початая бутылка коньяка стоит, можно попробовать? Мать не заругается?
Ксюша расслабилась, Рубцов ей поверил!
– Это моя квартира, сама всем распоряжаюсь, хоть литр выпей!
– Столько мне слабо, – хихикнул Степа, доставая коньяк.
– Повезло тебе, Ксю, моя мать дома сухой закон установила.
Ксения взяла фужер за тонкую ножку и задержала дыхание. Что хорошего в коньяке? Воняет отвратно, но, похоже, Степе нравится, он аж глаза от удовольствия закрыл! Воспользовавшись тем, что кавалер весь ушел в смакование пойла, Ксения выплеснула содержимое своего бокала в раковину, обернулась и увидела, что Степан, не открывая глаз, тихо опускается на пол.
Рубцов вел себя как герой плохого голливудского фильма, сначала он подогнул колени, сел, затем лег, разбросал в разные стороны руки и замер.
– Эй, приколист, – засмеялась Ксения, – вставай! Ау! Хорош прикидываться и…
Окончание фразы застряло в горле, изо рта Степы поползла тоненькая струйка слюны, девушка бросилась к парню.
– Ты чего? Ушибся? Поднимайся скорей!
Тело Степана скрючилось, лицо исказилось, глаза закрылись.
Ксения перепугалась.
– Степочка! Дорогой! Скажи хоть словечко! Тебе плохо? Воды?"
"Рубцов молчал, девушка ринулась к мойке, наполнила стакан, поднесла его к губам Степы… и тут неожиданно затрезвонил телефон. Ксения чуть не задохнулась от ужаса, а трубка все трещала, не умолкая. В конце концов Ксюша подумала, что это Закоркина очнулась и решила узнать, что дома творится.
