Пару месяцев еще точно есть.
Поднявшись на ноги, наполняю стакан водой и выпиваю залпом. В горле все равно першит.
— Все, Макс, погулял и хватит, — произносит, наблюдая за моими метаниями, — пора браться за ум, сын. Благо, мозги у тебя имеются, было бы желание.
— Он подготовил приемника?
— Сука!.. — взрывается отец, — какого, нахрен, приемника?! Ты его приемник! Ты и я! Мы с тобой его приемники! И потом, он не собирался помирать!..
Да понимаю я все! Понимаю!.. Они оба, Оллсон и мой отец, планировали стоять у руля еще как минимум лет двадцать, а затем передать дела мне и нашим со Стефой детям.
Блядь!.. Но кто же думал, что тесть соберется на тот Свет так рано!..
— А если завтра со мной что-то случится?! — продолжает орать отец, — что делать будешь?.. Ты думал об этом?
— Нет.
— Я теперь постоянно думаю! Инфаркт, инсульт, ебаный тромб!.. Что ты делать станешь, Максимка?!
— Ладно, успокойся! — повышаю голос, — будешь так орать, точно инфаркт заработаешь!
Отец, резко выдохнув, замолкает. Откинувшись на спинку кресла, обеими руками растирает лицо.
— Если сольешься, я бегать за тобой не стану, — произносит вдруг, — введу в правление Степана. Он только этого и ждет.
— Не сольюсь.
За дверью раздаются женские голоса, а затем слышится деликатный стук.
— Юра, Ангелина приехала. Идем за стол, — тихо говорит Агния, переводит на меня взгляд и добавляет, — здравствуй, Максим.
— Добрый вечер.
При желании ее можно было бы обвинить в том, что она мечтает заменить меня своим сыном в качестве наследника отца.
Возможно, мысли у нее такие есть, но по факту она никогда ничего для этого не делала.
Или достаточно умна, чтобы понимать, что с отцом это бесполезно, или очень хитра и терпеливо ждет, когда я сам выйду из игры."
"Иду в гостиную, чтобы поздороваться с братцем. Отец задерживается в холле, чтобы поприветствовать сестру Агнии, которая бывает здесь нечасто.
— Стив…
Степан, отвлекшись от разговора по телефону, здоровается со мной кивком головы. Все тот же незаинтересованный взгляд и эмоциональный минимализм.
Обмениваемся рукопожатиями и расходимся в разные стороны.
Я помню, как часто твердили родители, что отныне мы братья, что должны подружиться, всегда и во всем друг друга поддерживать. Мы оба быстро поняли, что никому ничего мы не должны и попыток сблизиться ни я, ни он не предпринимали.
Компании у нас были разные, общих знакомых было мало. Потом он уехал в Европу, и наше общение сошло на нет.
— Степа, Максим, садитесь, — начинает щебетать Агния.
